Тимур мне изменил, что я при этом чувствую? Прислушиваюсь к ощущениям. Разочарование, опустошение, боль, тоску… Скучаю? Очень. Ненавижу? Определённо! Хочу простить? Может быть. Но смогу ли? Особенно после всех его угроз и жестокости? Не думаю…
Я точно отношусь к той категории дур, которые готовы прощать. Закрывать глаза и любить дальше, ведь быть может, он исправится? Но как можно простить человека, если он говорит, что убьёт если уйду. Что посадит отца и брата. Шантаж чистой воды!"
"И снова, если попытаться понять его действия, углубиться в то, что говорил вчерашним вечером.
Нет. Всё равно не понимаю. От чистой любви, так не поступают. От безумной любви — не изменяют. Сам себя обманывает, ещё и мне мозги пытается промыть. Вызвать чувство жалости и заманить обратно в омут.
Сразу же вспоминаю слова мамы, как только вскрылись подробности наших с Тимуром отношений. Она тогда сказала: «На чужом горе счастья не построишь!». Чёрт и правда же… У Тима была девушка, с которой он расстался после нашего первого поцелуя.
Я, конечно, не знала о её существовании, но ответственности с меня это не снимает. Вот и бумеранг вернулся. Справедливо? Определенно.
Ставлю машину рядом с родительским домом и поднимаю взгляд на окна. Почему-то нет той прежней легкости. Предвкушения тёплых разговоров с горячим чаем и просмотром детских фотографий. Я думаю, что никакого отдыха не состоится. Лишь только будет ощутимое давление.
Как только поднимаюсь на нужный этаж, меня ждёт раскрытая на распашку дверь и мама, скрестившая руки на груди.
Женщина переступает с ноги на ногу. Нервничает.
— Привет. — Еле слышно говорю.
— Алис, ты меня прости конечно, но не пущу! — Жалобно стонет мама. — Вернись к мужу! Помирись ты с ним! Не губи жизни!
— Он сам меня к вам отпустил. На неделю. — Выдавливаю слова из себя сквозь чертовски болезненный ком разочарования.
— Значит проблем не будет? — Оживилась женщина, на что я вскинула вверх брови. Я если честно с каждым разом офигеваю всё сильнее и сильнее. Это вообще нормально, да? Нет, если это норма и так в каждой семье происходит, то хорошо.
Но сейчас, я максимально напряжена. — Тогда проходи!
Вот стою я на пороге и думаю, а хочу ли заходить? Стоим, смотрим друг на друга. Одна растеряна, другая оскорблена. Готова развернуться и поехать в какую-нибудь гостиницу.
— Лисён, без обид. Проблем и так в жизни достаточно. — Вздыхает родительница. — Не хватало ещё нарваться на мстительного Зуева. Он же угробит отца нашего.
