Но за неимением лучшего одну такую ракету решили иметь на случай войны. Хотя для мирных целей она подходит больше. Такой ракетой запущены в космос все наши спутники. Она хороша для полетов в космос.
— Чем хороша?
— Она на керосине и жидком кислороде. Безопасно. Но много времени на подготовку. И колоссальная инфраструктура. Там рядом с ней целый кислородный завод. Ракета создавалась под заряд весом в пять с половиной тонн, но создатели ядерных боевых частей ухитрились вес заряда снизить. Потому у этой ракеты избыточная мощность.
Для космоса хорошо, а для ударов по Америке столько не нужно.
— Что в перспективе?
— Еще четыре такие ракеты иметь будем. Но если готовность желаем повысить, если время на подготовку желаем сократить, нужна другая ракета на агрессивных компонентах.
— Но такой ракеты нет?
— Будет.
— Когда?
— Теперь это неизвестно. Первую такую ракету вывезли на старт, где она и грохнула три дня назад, убив вашего предшественника, группу генералов РВСН, конструкторов Днепропетровского завода и весь стартовый расчет.
Главнокомандующий Ракетными войсками стратегического назначения Маршал Советского Союза Москаленко подготовил сотни вопросов своему начальнику штаба. Но, получив самые первые ответы, надолго замолчал. Потом вспомнил про начальника Главного штаба РВСН, который вытянулся перед ним в почтительном ожидании.
Маршал хотел что-то сказать, но только махнул рукой: сгинь!
3Планировал маршал Москаленко работать весь день и всю ночь. Решил вникать. Но картина разворачивалась такая, что уже в пять вечера приказал адъютанту подать машину.
Надо ехать домой, надо выпить немного чего-то бодрящего, закутаться в шелковый стеганый халат с вышитыми золотыми китайскими дракончиками, устроиться в кресле у мраморного камина, расшевелить горящие, чуть дымящие березовые чурки, надолго замолчать, переосмыслить все, что сегодня узнал из вороха совершенно секретных бумаг.
Летит маршальский ЗиС по Москве, шинами шуршит. Вспомнил маршал шутку: хвост длинный, яйца грязные, а глаза горят.
Кто это?
Это в Москве очередь за яйцами.
И тут же — водителю: стой!
По тротуару, изворачиваясь за угол серой полосатой анакондой, ползет нескончаемая очередь.
Адъютанту: узнай, что дают.
Сбегал адъютант, узнал, вернулся, доложил: очередь за колбасой.
Вспомнил маршал слова Хрущёва, которые тот надменно Америке швырнул, словно булыжник гранитный в зеркальную витрину: да у нас ракеты как колбасы из автомата выскакивают.
