Маловато, как для целого Рода… Я напряглась, понимая, что такая встреча не может быть приятной, но тут Агапий кивнул женщине, и мы разошлись. Малейвы не стали сверлить нас ненавидящими взглядами (или обыкновенными презрительными), а Кеша с Агапом не стали сурово на них смотреть.
Уже у аэро-площадки мы увидели раскрасневшегося Тони. Кажется, молодой человек передумал, и решил все-таки попрощаться с Темой и Милу.
— Опоздал, — пробурчал Агап.
— Ну и хорошо, что опоздал, — выдохнул раскрасневшийся Гаррисон. — Значит, так угодно Звездам.
— Романтики хреновы, лишь бы все на звезды валить! Люди, люди сами себе проблемы устраивают! — вспылил старший Ветров.
— Давайте в кафе зайдем, а то Нина поесть толком не успела, — брякнул Кеша. Поесть-то я успела, но поняла, чего так хочет Кеша — разрядить атмосферу, да и от аэро-площадки, где мы можем встретиться с Малейвами, отойти.
Я поддакнула, и спустя десять минут мы уже сидели за столиком.
— Вот и вылетел Темыч с Горунда.
— Ты так говоришь, как будто он умер! А Тема всего лишь отправится на другую планету в компании красивой девушки, где ему дадут землю.
Мне даже кажется, — задумчиво протянул Кеша, — что это была многоходовочка, чтобы покинуть нас. Мы ведь всегда считали его балбесом.
Я не выдержала и прыснула. Уж кто-кто, а Темка на многоходовочки не способен!
— Вот так вот и разбредемся, — продолжил заунывно Аркадий. — Тема будет на другой планете, Нину после академии тоже куда-нибудь отправят…
— Поплачь еще!
Тони грустно хмыкнул, и я сникла еще больше.
Жаль было Гаррисона. Я отчасти понимала его: Милу была не просто экзотичной красавицей, она олицетворяла собой мечту простого беженца о «принцессе», которую стоит добиваться. Только вот добивался он ее не очень-то усердно. Каким бы славным ни был Тони, он нерешителен и трусоват, а женщине всегда хочется чувствовать себя защищенной.
— Такова жизнь, Кеша, — протянул Тони. — Неудачи, шишки, потери — вот что это такое. А бывает и так, что все, что нравится, утекает из рук.
— Если утекает из рук — значит, не твое, — с умным видом заключил Агап.
«Эх, Тони. Милу выбрала Тему не потому, что он красавчик, а потому что он смел и решителен. Он способен попытаться свернуть горы ради любимой, а ты будешь бесконечно сомневаться, переживать», — подумала я. Но вслух, конечно, не сказала. Зачем Гаррисону соль на раны сыпать?
— И правда! — Энтони посмотрел на свои руки, как будто они были причиной его неудач, и сжал пальцы в кулаки.
