Даже родители смирились с его пристрастиями к экспериментам, решив, что ""кому дано сгореть – тот не утонет"".
Наконец, я дошла до последней лаборатории. Той самой, в которой, по описанию Корса, та самая закрытая секция с нужным мне сейфом. И очень кстати там были стеллажи и шкафы с алхимической посудой.
Я расстегнула сумочку, оставив незакрытой, и достала перчатки.
Олли с нескрываемым интересом наблюдал, как тонко выделанная чëрная кожа обтягивает мои руки до запястий.
– Не хочу случайно испачкать своими отпечатками.
В большинстве экспериментов посуда должна быть абсолютно чистой, – пояснила я, распахивая ближайший шкаф.
Позади меня хмыкнули.
– Хорошо же Ваш брат...
– Вымуштровал меня? Пожалуй. Во всех вопросах, касающихся его профессии он действительно фанатичен. Но я не считаю, что это плохо. Всё-таки некоторые вещи ему удалось в меня вдолбить намертво. Вот и пригодятся на занятиях.
Пока Олли наблюдал, как я кручу в руках очередную склянку, я связалась со служанкой.
– Фесса! Срочно грохни что-нибудь не особо дорогое и нужное, но громкое в самой дальней отсюда лаборатории!
Вот он, ещё один плюс духов-прислужников: находясь на небольшом расстоянии от своих хозяев, они способны моментально к ним перемещаться.
Не прошло и двух минут, как раздался звон битого стекла.
– Подождите меня здесь, Адарнелия Эмильрин, я схожу проверю, что там.
Олли стремительным шагом направился в ту сторону, откуда раздался звон.
– Да-да, конечно.
– Я ещё и дверь чуть приоткрыла, госпожа.
– Умница, Фесса! Свободна!
Присутствие природной Тьмы в лаборатории сыграло на руку: она прекрасно вскрыла корсовскими отмычками в мгновение ока секцию, полностью замаскировав мою магию.
Всё-таки быть сестрой трёх братьев это очень познавательно. Научат такому, чего ни одной девочке и не снилось. Я быстро достала из сумочки обе бутыли и поставила в самый дальний угол шкафа. Уничтожив следы своего пребывания, стянула перчатки, положив рядом с собой на ближайший стол и поманила Тьму. Серо-чëрная дымка напоминала на ощупь нежнейший комок ваты.
Отделив небольшой кусочек от основной массы, я принялась то катать его между ладонями, то перекидывать из одной руки в другую.
– Ничего страшного не произошло, стеклянный стакан разбился. Видимо, из-за сквозняка.
Да-да, сквозняк по имени Фесса залетал.
Увидев в моих руках Тьму, Олли опешил.
– Эээ... Что Вы делаете, Адарнелия Эмильрин? Решили на деле проверить свою теорию с уничтожением лабораторий?
– Нет, конечно.
