Впрочем, последние довольно-таки быстро осознали свою ошибку и переключились на других преподавателей, а Олли выдохнул. Он действительно видел только Эсти, а остальные простых слов не понимали и продолжали осаждать его даже после свадьбы. Эта парочка даже сейчас не стеснялась бросать влюблённые взгляды друг на друга, хотя стояли на приличном расстоянии друг от друга.
Мой взгляд переместился с Эсти на стоящую рядом с ней Тёмную. Заметив, куда я смотрю, Эсти кивнула и встала ближе, чтобы поддержать ту, если начнёт терять сознание.
Позади меня раздался шорох, но я немного повернула голову в сторону и шепнула:
–Можете не волноваться, всё под контролем.
–Спасибо, госпожа декан.
***"
"Прошёл примерно месяц с тех пор, как мы разобрались с чернокнижником и распутали весь клубок дворцовых интриг. Я стояла перед заметённым снегом надгробным камнем, на котором были выбиты годы жизни и имя того, кто лежал под ним. Юртан Пайнс. Знала, каким подонком оказался один из моих студентов, но так и могла себе простить, что не разглядела в нём всю гниль.
Из-за него могли погибнуть не только Тёмный факультет, семья Тёмного Владыки, но вообще все три части расколотого мира. Сомневалась, что смогу и дальше продолжать работать в академии, не только дать знания, но и научить видеть светлое даже в самой непроглядной тьме, как бы близко она не подступила. Глен видел и понимал моё состояние, поэтому даже не пытался со мной связаться, если понимал, что я опять на учебном кладбище. Он только сказал как-то, что пока сама не отпущу ситуацию, пытаться меня переубедить бесполезно.
И я была благодарна ему за это. Только отпустить не получалось.
–Госпожа куратор...
Я обернулась и увидела стоящего позади Герна Корса.
–Что-то случилось, студент Корс?
Он замялся, а затем выдохнув, выпалил:
–Он не стоит того, чтобы из-за него так переживать. Он предал вас, предал нас, отправив на смерть. Не одна вы ему помогали, поддерживали. А он наплевал нам всем в души! Хотя я сомневаюсь, что она у него самого была. Мы призывали его душу, чтобы поговорить, понять.
.. Но такого количества грязи и помоев, вылитых на нас и вас не встречали ни разу. Даже обычно сдержанная и тихая Олив Блекрн была в ярости. Этот ублюдок даже о своей смерти жалел лишь с той точки зрения, что не прославился на века, в качестве причины гибели вашей семьи. Ничтожный мерзкий крысёныш. Я как-то уже говорил вам, что мы любим и ценим вас, пойдём за вами, куда бы ни сказали, готовы оказать любую поддержку и помощь.
