Если был честный бой, то какие претензии могут быть к победителю?
Глен встряхнул головой, пытаясь осмыслить услышанное.
– А вдруг Владыка ошибся, что если я подло всадил свой меч твоему деду в спину?
Я не выдержала и улыбнулась:
– Во-первых, я хорошо тебя знаю. Не в твоëм стиле так поступить. Даже случайно. Во-вторых, у нас есть маги, способные ""считать"" с окружающего пространства недавно произошедшие события. Так что, сколько бы ты не пытался очернить себя в моих глазах, не знаю только зачем, не получится.
Я подошла к Глену и провела кончиками пальцев по его щеке.
– Всë, больше никаких тайн и угрызений совести? Но обещаю, если ты ещё раз заикнëшься о своих страданиях и сомнениях насчёт разницы в социальном статусе, клянусь, я тебя поколочу!!!
Глен перехватил мои пальцы и поцеловал, а затем снова прижал к своей щеке.
– Какой же я дурак...
– Просто у умных людей тоже бывают иногда затмения. Особенно, если до этого их окружали не самые лучшие по своим моральным качествам люди..
.
– Эми...
Сильная мужская рука легла на мою талию и притянула к телу.
– ... ты моë сокровище!
Я прижалась к Глену, положив обе ладони ему на грудь.
– Что ещё тебя гнетëт? Я чувствую беспокойство.
Глен дотронулся до моих волос, заправляя прядь за ухо:
– Скажи, Эми, тогда, в тренировочном зале, когда мы с тобой вроде как тренировались, тоже был какой-то особый вид поединка?
Я улыбнулась, вспоминая во что превратилось моë предложение размяться и чем всë закончилось.
– Ну как сказать.
.. Поначалу действительно была разминка, которая неожиданно сама собой перетекла... в Рейнграт без применения магии. Когда-то этот ритуальный поединок использовался не только для разрыва договорëнности о браке . Сильнейшие маги таким образом проверяли достоен ли избранник или достойна избранница составить равноценную по силе пару.
– И как? Я оказался достоен?
– Глен!!! – услышав знакомые интонации, у меня пальцы на руках сжались в кулаки, которыми я тут же заколотила по несносному упрямцу.
– Ты опять за своë?!
Глен хитро прищурился:
– Ты же сама сказала, чтобы больше никаких тайн и недомолвок.
– Ах ты!.. – я едва не задохнулась от возмущения, но договорить мне попросту не дали, накрыв мои губы поцелуем.
Каким образом Глену удаëтся сочетать настойчивость, даже властность в ласках, и при этом нежность и чуткость – до сих пор для меня загадка. Но от одних его поцелуев мой мозг каждый раз отрывался напрочь и улетал куда-то в облака.
