В отличие от Лекса, предпочитающего чуть удлинëнные у лица, но короткие чуть ниже затылка, волосы, Мар носил вечно растрëпанную в художественном беспорядке гриву, которую завязывал в миниатюрный низкий хвостик во время обычных тренировок. По скуластому широкому лицу, сужающемуся к подбородку с едва заметной ямочкой посередине, чувственным, пухлым в меру, губам, и глазам цвета моря вздыхали все мои сокурсницы. Но Мар свою личную жизнь всегда скрывал весьма тщательно, справедливо считая, что для воина женщина – это уязвимое место.
Особенно, если ты – второй сын Тëмного Владыки. Хотя у меня имеются кое-какие подозрения, что он уже несколько лет встречается с моей бывшей одногруппницей Оливией. Именно держа в тайне свои отношения с ней, Мар оберегал и её, и не давал повода ударить в своë самое уязвимое место: нестабильность внутренней Тьмы.
Когда-то возле Завесы произошëл прорыв и, прикрывая меня, Лекса и Лукса, пока мы латали саму Завесу и закрывали разломы, через которые хлынули леханнаресы, он сильно пострадал.
Тогда мне удалось сдержать его внутреннюю Тьму и ещё несколько дней стабилизировать, удерживая на Грани, несмотря на то, что и сама была на пределе. Ещё пару лет его беспокоили приступы, но Мар научился с ними справляться. Единственное, что могло бы спровоцировать новый – это если бы с кем-то из нас случилась беда. При всей своей внешней холодности Мар очень любит своих близких и порвëт любого на мелкие кусочки, кто посмеет даже подумать обидеть.
Поэтому я и не удивилась, узнав от Лекса, что они в курсе, чем я сейчас занимаюсь. Вряд ли ошибусь, если предположу, что инициатором проверки ""блудной сестры"" был Мар. А ещё после рассказа Олли я сразу поняла, что без него не обошлось. Несмотря на свои нюансы с внутренней Тьмой, Мар очень сильный маг.
– Скажи-ка брат мой старший, история с наказанием поваров твоих рук дело? Ты же у нас любитель временных ловушек разного уровня сложности и продолжительности.
Мар прислонился к стене, скрестив руки на груди:
– А что? По-моему, неплохо получилось.
Я специально понизила свой голос до полушëпота, похожего больше на змеиное шипение:
– Ты хоть понимаешь, что будет, если узнает отец?!
Глаза Мара моментально потемнели, выдавая явное недовольство:
– Эми, если бы ты хотела высказать своë негодование по данному вопросу, ты бы пришла к Лексу. Но ты здесь, в моих покоях. Что ты задумала? Ведь тебе явно что-то нужно именно от меня.
