— Может, и не убью тебя, Сера, — голос обманчиво спокойный, низкий, но натянутый, того и гляди сорвётся. Слетит с катушек от мысли, что я испачкаю себя другим. — Но жизнь твоя перестанет быть сладкой.
Разжимает пальцы и скользит ими вниз под халат. Накрывает грудь, щипая напряжённый сосок. Перекатывает его между большим и указательными пальцами. Оттягивает. По телу распространяется тёплая волна, концентрируясь внизу живота. Прикрываю глаза, неосознанно подаваясь бёдрами вперёд.
— Моя жизнь и не была сладкой, — произношу с обидой.
"
"Только последний год был сладким. Не заставляющим меня ежедневно бороться. А оказывается, я проиграла главную борьбу, о которой даже не подозревала. Борьбу за любимого мужчину. Мужчину, что молча выбрал не меня.
Произнося следующую фразу, он смотрит мне в глаза. Напряжённо. При этом его пальцы оказываются у меня между ног. Накрывают горошинку клитора, а затем палец уходит дальше — в меня. Сначала один, затем второй. Мышцы в теле сводит, а разум затуманивается.
— Изменишь мне, и предыдущий твой ад покажется раем.
Поняла меня?
Я отрицательно мотаю головой. Не верю ему. Я всё смогу пережить, кроме того, что буду знать, что он с другой, а я смиренно это принимаю. Ничего с этим не сравнится. Никакой из кругов ада.
— Изменю, Сабуров. Как только дотронешься до своей женушки, меня уже никто не удержит.
Тянет меня к себе ближе. К своему члену. Всё делает за меня. Окончательно освобождает эрегированный орган из боксеров.
Я, опустив ресницы, наблюдаю за тем, как он дрочит член, скользя ладонью вверх и вниз.
Не пенис, а произведение искусства. Большой, розовый, увитый вздувшимися венами, каждую из которых хочется ощутить языком. Если бы не тема нашего разговора, я опустилась бы и взяла головку в рот. А сейчас лишь облизываю пересохшие губы.
Моё дыхание становится чаще. Между ног влажно и горячо. Приподнимает мою попку и насаживает меня на себя.
Медленно, со стоном выдыхаю, прикрывая веки и ощущая приятную наполненность. И слишком поздно осознаю, что мы делаем это прямо на глазах водителя.
Он не видит меня, моя спина прикрыта халатом. Но влажные звуки секса распространяются по салону. Терпкий, острый запах наших тел. Аромат совокупления. Это кажется таким порочным и до невозможности неприличным.
— Ты извращенец, — не разлепляя ресниц, замечаю.
От меня по-прежнему не требуется никаких усилий. Сабуров всё делает сам.
— Ты тоже.
Я не знаю, когда его свадьба. Может быть, это наш последний раз? Хочу его.
