В наказание. Он не отвечал на мои эсэмэски и звонки. На третий день мне начало казаться, что я медленно, но верно съезжаю с катушек.
— Что желаете на обед? — со смешным акцентом спрашивает Нур.
— Ничего.
Есть не хотелось.
Нервничала из-за Ани, а Сабуров как вишенка на торте.
— Так нельзя, девочка, вы не ели со вчерашнего дня.
Пожимаю плечами. Может, если устрою голодную забастовку, он объявится?
И он действительно приехал. На следующей день.
Я услышала его тяжёлые шаги ещё в гостиной. Поднялась с дивана, потом села обратно.
Вновь поднялась. Не знала, куда себя деть от волнения. И в то же время сердце заходилось в груди от радости.
Он переступил порог, и я едва сдерживалась от того, чтобы не кинуться ему на шею. Сжала кулачки, будто это могло помочь. И смотрела на него, как по уши влюблённая дурочка. В надежде, что он тоже хотя бы что-то ко мне испытывает. Хоть малую часть от той бездны чувств, что бушует внутри меня.
Но он смерил меня таким взглядом, что всякая надежда рассыпалась в прах.
Глава 20
В его глазах ничего кроме безразличия не нашлось.
— Надень это, — вместо приветствия передаёт мне пакеты с логотипом известного бренда.
Хмурюсь. Смотрю на него так, будто в пакете гремучие змеи.
— Зачем? Мы куда-то едем?
— Да, одевайся.
Спорить с ним совсем не хотелось.
Забрала пакеты. В одном оказались черные туфли-лодочки на небольшом каблучке. Во втором — бледно-серый твидовый костюм. Не платье мини и не вечерний наряд. Странный выбор.
— Что это? Ты решил сдать меня в пансион благородных девиц? — пытаюсь разрядить обстановку.
— Одевайся, времени мало.
На следующий день после моего заточения Нур передала мне женскую одежду. Кучу пакетов со шмотками. Я тут же обрадовалась, потому что мне наивно показалось — это знак. Знак того, что Сабуров простил мне очередную выходку."
"Но потом, когда я остыла и подумала, до меня дошла очевидная истина. Он просто не мог купить мне что-то не его уровня. Если одежда — то премиум-бренда, если ресторан — то со звездой Мишлен. А если девушка, то какая?
Все вещи оказались моего размера, но я так их и оставила не распаковав.
Почти всё время проведя в шёлковой пижаме.
И среди тех нарядов были куда более подходящие для выхода в свет.
Смотрю прямо на него и медленно расстёгиваю пуговички. Желая увидеть в его глазах хоть что-то. Проблеск интереса. Он скучал по мне? Думал хотя бы чуть-чуть? Я дико по нему тосковала. Дожив до полнолуния, выла бы на луну.
А он спокойно стоит и наблюдает. Ни слова не говоря.
