Мне хочется к нему притронуться. Сделать приятное. Расстегнуть ремень брюк и добраться до члена. От этих мыслей во рту пересыхает. Облизываю губы.
Но сейчас он как неприступная крепость. Далёкий и чужой.
Переводит на меня напряжённый, почерневший взгляд. Я его одновременно боюсь и хочу. Не понимая, какое чувство сильнее.
— Будь послушной, и всё будет хорошо, — произносит, точно прочитав мои мысли.
Хмурюсь. «Послушной», — повторяю про себя. До чего мерзкое слово. Я не дрессированная собачонка, чтобы слушаться команд.
Машина трогается с места, быстро набирая скорость, и несётся сквозь метель. Сабуров уже не смотрит на меня, погружённый в свои проблемы. Знать бы какие.
Не хочу быть послушной.
Провожу ноготками по его бедру. Царапая. Он вздрагивает, стискивает руль сильнее. На меня не смотрит, но я вижу, как его рот изгибается в ухмылке.
Прикусываю губу и сжимаю его член под брюками. Обвожу его контуры. Под пальцами он тут же вновь набирает силу, что вдохновляет и придаёт смелости. Сердце гулко бьётся, отдавая в барабанные перепонки.
Дыхание сбивается, когда я совершаю задуманное, освобождая его член из брюк, как подарок из упаковки.
В ушах гул, даже не знаю, догадался ли он остановиться.
Мои движения такие сосредоточенные, осторожные и неловкие, что я ощущаю себя девочкой, старательно выполняющей домашнее задание. Прикусив кончик языка. Боясь ошибиться. Разочаровать его.
Его член, наверное, столько тёлок полировало, что я Сабурова точно ничем не удивлю. Может, он тогда мне отказал, потому что ему не по вкусу пришлись мои неумелые способности.
Дыхание мужчины сбивается, когда мои пальчики обхватывают член.
Ну здравствуй, я соскучилась.
Улыбаюсь совершенно глупой улыбкой. Ах, плевать на Сабурова. Это моя игрушка. Тянусь к ней губами, действуя по наитию. Из головы вылетают все прочитанные статьи про минет. Вообще всё. В мозгах пусто, глухо, ни единой мысли. Остались исключительно тактильные ощущения.
Не сказать, чтобы мне было удобно. Но я такая гибкая, что могу принять любую, даже самую замысловатую позу.
Попой вверх. Окна автомобиля затонированы. Зритель у шоу только один.
Член гладкий, горячий, налитый кровью. На этот раз мои ощущения совсем другие. Может, потому, что теперь я знакома с его хозяином. Хотя, кто тут кому хозяин, ещё вопрос. Кажется, этот орган живёт своей жизнью. Возможно, он даже любит меня. Вон как реагирует. Подрагивает от моих прикосновений. Не то что айсберг, занимающий водительское кресло.
