– Движение перекрыто, все в порт! – буркнул маг и, скользнув по нам неприязненным взглядом, добавил, – ножками доберутся, не сахарные.
– Что-то стряслось, – констатировал Черут, когда корабль отплыл.
– Вы мне неудачу приносите, – проводник сжал кулаки. – Связался на свою голову!
– А мы тебе на роль талисманов и не нанимались, – съязвил в ответ мой дракон.
– Да идите вы! – он махнул на нас рукой.
Мы и пошли. Когда судно вошло в порт, я отдала вторую часть денег, и мы с супругом сошли на берег. Вокруг суетились рыбаки, от берега к кораблям тянулись бесконечные вереницы носильщиков, во все горло вопили чайки, высматривая кусочки повкуснее в вонючих рыбьих потрохах, которые швыряли прямо в воду, слепящую глаза.
"
"Я отвернулась от нее и залюбовалась городом, убегающим ввысь по холмам неподалеку. Отсюда белые домики напоминали наездников, мечтающих удержаться на ретивых скакунах, не способных и секунду устоять на месте. Когда мы подошли ближе, такого ощущения уже не было. Нас окружили стены песочного цвета с голубыми узорами, дающие приятную тень, спасающую от дневного изнуряющего зноя.
По булыжной мостовой бодро цокали копытца трудяг-осликов, от которых наружу из бесчисленных тюков поклажи торчали только длинные уши. Ароматы выпечки и кофе коварно зазывали в тут и там притаившиеся ресторанчики. С ними соперничал едкий запах приправ, приносимый ветром с небольших рынков, будто волшебный шлейф.
Разноцветные горшки с пышными растениями, свисающие с балконов, стен и даже просто выступов в домах раскрашивали все вокруг невообразимой палитрой оттенков, рождая у меня в голове множество идей.
Вот если смешать охру с капелькой куркумы, получится как раз тот цвет, что привлек мое внимание к соцветиям на кустах в маленьком дворике. А ягоды драгона, смешанные с известью, медом и толченым корнем аскуса дадут нежнейший розовый оттенок для…
– Дэна, ты вообще слышишь, что тебе говорят? – раздраженный голос Черута врезался в мои мысли, как пьяный шмель, рухнувший в ромашки, не вписавшись в поворот между гладиолусами и розами.
– Что? – нахмурившись, посмотрела на мужа, явно сильно встревоженного.
– Смотри, – он кивнул на роту солдат, которая вышла из-за дома, увитого сочно-зеленым вьюнком, и заняла собой всю улицу.
Погонщики торопливо загоняли осликов поближе к стенам, освобождая воинам место. Прохожие свернули в другие узкие улочки, как маленькие рыбки, вильнувшие в сторону из-за того, что им навстречу неслась голодная акула.
