По доброй воле даже прикасаться бы не стал к пьяной шлюхе, побывавшей за ночь минимум под тремя самцами."
"– Тихо, крошка, – рыкнул, зажав ей рот. – Если не хочешь шрам поперек лица от виска до шеи. Помолчи и послушай.
Она перестала брыкаться, и я продолжил:
– Ты привезла сюда мою Дэну. Если хочешь жить, то когда сниму руку с твоего лица, ты как хорошая девочка скажешь мне, где она. Поняла?
Счел мычание за подтверждение и освободил ей рот. Ладонь после соприкосновения с ним придется с мылом оттирать теперь.
– Помо… – тут же сорвалась на визг Мирабелла.
Ожидаемо. Со вздохом убавил слышимость.
– В последний раз предупреждаю, дура. Если не хочешь остаток жизни провести под вуалью, чтобы не пугать собой прохожих, то лучше быстро ответь на вопросы, и я тебя отпущу.
Попробуем дубль-два.
– Итак, где моя Дэна? – снова убрал руку с ее рта и брезгливо вытер ладонь о штаны.
– Она больше не твоя! – прошипела девица. – Ты идиот, дракон!
– Давай ты не будешь удлинять наш разговор? Побыстрее хочется отсюда сбежать, знаешь ли.
– И куда побежишь? – она зло рассмеялась. – Прямиком во дворец, что ли?
– Что я там забыл?
– Женушку свою, остолоп. Она уж несколько недель там живет.
– Что ты несешь? – плохое предчувствие ледяной когтистой лапой сжало желудок.
– Это правда! Император знает, что она Светоч!
– Врешь! – прорычал я, оттолкнув мерзавку – потому что всерьез опасался, что не сдержусь и убью.
Если он знает это, то…
– Что, страшно стало? – упавшая на пол Мирабелла приподнялась, жадно глядя в мое лицо. – Так тебе и надо, мразь! Пусть ужас рвет твои кишки, пусть! А я полюбуюсь!
– За что ты так ненавидишь нас с Дэной? – тихо спросил я, увидев в ее глазах именно ту самую жажду мести, которая сжигает людей дотла. – Что мы тебе сделали?
– Да плевала я на эту замухрышку, – она поднялась и, шатаясь, подошла к столику с бутылками.
– Да, не любила ее, верно. Тихоня, вся такая правильная, невинная, работящая. Общалась с ней, потому что это был шанс заработать. Но потом появился ты.
Гадина налила себе целый стакан какого-то пойла, выдула его до дна и продолжила:
– Понравился ты мне, Черут. Понимаешь?
– Не взаимно.
– Вот в том и соль! – девица икнула. – Ты меня за грязь под ногами держал. У тебя же все на лице написано!
– Сама виновата, – я пожал плечами.
