С трудом поднялся с перин и, шаркая ногами, поплелся к двери. Перины — это, конечно, здорово, но тело после них ломило так, будто разгружал рыбу в порту, нормально не повернуться. Может, конечно, с непривычки. Уже подойдя к двери, он обратил внимание, что на улице начало смеркаться, а значит, проспали они весь день напролет.
Он прокашлялся, норовя с ходу вернуть своему голосу звучание с английским акцентом.
— Заходите.
Открыл дверь. На пороге стоял человек, которого Митька видел впервые — не из числа наемников Ивана.
Не спрашивая у Митьки, как тот устроился, без прочих подобающих случаю формальностей незнакомец сразу перешел к делу.
— Одевайтесь, я провожу вас на пир, что устраивает Ивановское сто в честь вашего прибытия, — сообщил он.
Глава 2
Территориально Ивановское сто располагалось на стороне Торга. Рядом с тем самым городищем, что купцы прозывали государевым. Видно, было у купчиков здесь все схвачено и наметано как следует. Рука руку моет. Новгородцы с москвичами сидели рядышком. Одни в государевых избах, что в большом количестве строились на Торгу.
Другие — подле церкви Иоанна Предтечи, что расположилась западнее церкви Георгия. Вот так, под «божьим словом», купчики из Ивановского сто и вели дела.
Пир, само собой разумеется, проводили не в самой церкви. Дабы поместить всех гостей, столы и лавки вынесли на улицу.
Гостей встречала купеческая делегация в составе пяти человек. Обменивались рукопожатиями, дежурными фразами и ничего не значащими улыбками.
Четверо из этой пятерки были выряжены в такие же суконные долгополые кафтаны, как предоставили рыбакам на смену люди Ивана.
Правда, кафтаны новгородских купчиков были ярких цветов. Митька, выходец из купеческой семьи, знал, что яркий цвет кафтана отражает статус владельца.
Из делегации выделился один купец, постарше, посолиднее животом. Из-за внушительного пуза кафтан на нем смотрелся как на деревянной бочке. Кафтан его был сочного яркого цвета, расшит причудливыми и витиеватыми узорами, а вокруг талии — поясок золотого цвета.
Поверх — шуба дорогим мехом внутрь, обложенная снаружи ярким сукном, но расшитым уже попроще.
— Здравия, немцы! — выдал он. — Слышал, вы по-русски понимаете? Али толмачей привести, дабы потолковать?
— Здравия, я понимаю, а люди мои нет, так я за них скажу, лучше всякого толмача вашего, — заверил Митька.
— Дело, — оживился купец. — Всяко лучше с глазу на глаз разговор вести, чем через толмача.
— Всяко, — подтвердил Митька и представился: — Капитан Мэтью Чарльз.
