"
"Когда разговор с купцами из Новгорода и английским послом был завершен, Иоанн Васильевич взял себе время на подумать, чтобы тщательно все взвесить, заново оценить, а потом решать. Он спешно подавил бурлящее желание, следуя которому его так и подмывало тотчас подписать грамотку, что подтверждала бы все предварительные тезисы беседы. Вместо этого Государь уединился в своих покоях и совладал с эмоциями. Ему вызвалась помочь Анастасия, любимая царская жена, которая слушала весь разговор в палате из-за приоткрытой двери.
С Анастасией Иоанн Васильевич и решил обсудить минувшую встречу.
Сейчас Иоанн Великий стоял у окна и провожал взглядом удаляющегося по Соборной площади сэра Уиллоби и отряд своих людей, коих он выделил англичанину в конвой. Только когда их фигуры удалились на значительное расстояние, а потом и вовсе растворились в ночи, Царь тяжело вздохнул и отошел от окна. Усталость обрушилась будто разом. Требовалось самую малость времени, чтобы хоть как-то прийти в себя и вернуть работоспособность.
Анастасия прогнала слуг. Усадила Царя. И сама начала за ним ухаживать. Налила свежий сбитень, принесла еды, приготовленной собственноручно — Царь, будучи человеком крайне тревожным и подозрительным, имел привычку проверять еду перед употреблением. Так, даже самый обычный государев обед давали пробовать четверым людям, прежде чем еда попадала на царский стол. Глубокий отпечаток на Иоанне Васильевиче оставила судьба его отравленной матери Елены Глинской.
Но еду, приготовленную супругой Анастасией, Иоанн Великий ел без всяких проверок. Он доверял ей безгранично. Если кто и мог его предать, то Анастасия была последним человеком на земле, пошедшим бы на такое преступление. Да и с ума можно сойти, если совсем никому не верить.
Анастасия положила свою ладонь поверх его руки. Руки у Царя были большие и сильные. Жена посмотрела на него чистыми голубыми глазами.
— Как все прошло? — мягко спросила она, делая вид, что не слышала разговор, пусть Царь сам все расскажет, пусть выскажется. — Ты выглядишь уставшим.
— Правда, устал, — согласился Государь, закрыл глаза, помассировал пальцами свободной руки веки, снимая напряжение. — Да и разговор был тяжелый.
— О чем говорили?
— Посол был… из Англии, — задумчиво протянул Государь, отстраненно смотря в одну точку на дальней стене.
