А как ты появился, жизнь так быстро побежала, что многие и не поспевают за ней. Они просто всегда жили, а ты непрост, не понимают они тебя. Словно и не человек ты вовсе. Не может молодой парень, да еще бывший раб, столько всего знать и уметь. Словно ты бог какой, который в обличье человеческом спрятался. Я и сам иногда думаю, кто ты такой, владыка?
И могучий, битый жизнью, людьми и зверем мужик пристально посмотрел на своего вождя. Само выдержал его взгляд, и спокойно ответил:
— Я — Самослав. И никто больше. А тем, что мне боги дали, я щедро с вами делюсь.
Разве я на серебре ем? Или в праздности время провожу. Да я работаю больше всех вас.
— И это тоже людей смущает, — признался Горан. — Не разумеют они твоих дел, а потому страшно им. Раньше куда спокойнее было. Кошка родит — вот тебе и новость. А с тобой новости каждый день. Ты бы сбавил ход, владыка, а? Ведь не дай боги, какое несчастье случится, тебя же первого обвинят. Скажут, что разгневал Сварожича своими делами многоумными."
"— Да не могу я, — поморщился Само.
— Если сбавлю, нас соседи сомнут. Мы же богатые, но слабые. Нам врага ждать не позже следующей зимы. А может, и летом нагрянут. Чай, дулебы не забыли, кто их родню в рабство отдал. Мстить еще придут. И бавары не дураки, они считать хорошо умеют. Еще пару раз на торг придем, и жди германского набега. После этой зимы будем в лесах стражу выставлять, иначе и стены не помогут. Людей у нас слишком мало.
— Мало? — выпучил глаза Горан. — Да у нас самое большое городище на месяц пути! Я просто дальше не ходил.
Зачем тебе столько людей в одном месте?
— Мало! — с нажимом ответил Само. — Когда баварцы придут, поймешь, зачем. Полтысячи мужей нужно. Тогда отобьемся.
— Полтысячи, — задумался Горан. — Три-четыре рода нужно привести сюда. Но, ты знаешь, это мы сможем. Если сильными и богатыми станем, то другие хорутане под нашу зашиту попросятся. И вот еще что… Стах завтра на рассвете уйдет. Разболтает ведь всё. Что делать будем?
— Он беду приведет к нам, — жестко ответил владыка.
— Пойдешь за ним и убьешь. С его тела не бери ничего, пусть хоть кошель с золотом у него с собой будет. Спрячь получше и никому ни слова.
Вместо ответа Горан молча склонил голову.
Глава 10
Зима тридцать шестого года царствования короля Хлотаря выдалась суровой и длинной. Эти годы вообще были на редкость тяжелыми, и грамотные римляне с тоской читали о старинных временах, когда виноград вызревал даже в стране пиктов, в Южной Шотландии.
