Скрипучее колесо истории уже крутилось с надрывом, и должно было вот-вот развалиться от непомерного груза. Скоро, очень скоро все изменится… Два молодых, сильных и воинственных народа скоро выйдут из своих лесов и пустынь, чтобы сдавить империю клещами со всех сторон.
* * *— А я все равно немного хромаю, владыка! — Деметрий ходил уже целый день, и не мог остановиться. Два месяца лежать — то еще испытание. — Нет, конечно, никакого сравнения с тем, что было. У меня словно крылья выросли."
"— Ну-ка, ложись на спину! — Самослав, все медицинские познания которого были основаны на двух ранениях, после одного из которых ему ломали неправильно сросшуюся кость, и на рассказах жены, задумался.
Секрет оказался прост. Левая нога после того, как сросся перелом, все равно оказалась чуть короче, буквально на сантиметр. — Вырежи кусок кожи и к подошве рыбьим клеем приделай. Хромать не будешь. И вообще, я не волшебник, я только учусь.
— Вы учитесь на волшебника, владыка? — глаза Деметрия приняли совершенно неприличный размер.
Он, видимо, тоже плохо понимал идиомы.
— Забудь, — махнул рукой Само. — Любаву считать быстро научил?
— Быстро? — воскликнул Деметрий. — Да она через час уже считала. Я таких понятливых и не видел никогда.
— Будем из нее бухгалтера делать. Позови-ка мне Любаву, — сказал Самослав служанке. Так поклонилась и выбежала на двор.
Девчонка вошла, опустив глаза в пол. Она явно не знала, куда деть руки. Не красавица, подумал князь, и даже не слишком мила.
Невысокая, щуплая, с широким курносым лицом, усыпанным веснушками, она стояла, сцепив добела пальцы, явно робея перед лицом высокого начальства. Тут-то ей и объяснил Самослав, что такое умножение, и даже зачитал таблицу от двух до пяти.
— Поняла что-нибудь? — участливо спросил князь, видя напряженную работу мысли на ее лице.
— Да, княже, — несмело сказала девчонка. У нее был приятный голос, не слишком вязавшийся с неказистой внешностью. — Поняла и запомнила.
— Запомнила? — удивился Самослав. — Ну-ка, повтори.
Любава оттарабанила таблицу умножения, сбившись пару раз. Но тут она поправилась сама и, сложив цифры, вышла на правильный ответ. После этого снова опустила глаза.
— О-хре-неть! — только и смог сказать Само. — Да ты уникум! Ключницей пойдешь?
Та отчаянно замотала головой, отказываясь.
— Почему? — удивился Самослав.
— Не хочу холопкой быть, — в глазах девчонки блеснули слезы.
