— Надиша, скажи, а ты утром сильно голодная проснулась?
— Ой, правда, лэрина, я никогда такой голодной не была, прямо аж руки тряслись, пока ложку не взяла. Это что, болезнь какая? Не дай Всеблагие!
И девчонка всплеснула в ужасе руками.
Я улыбнулась.
— Нет, Надиша, это не болезнь. Скажи, а ты сказки любишь?
— Ага — простодушно созналась девчонка — я вот раньше, когда бабулечка рассказывала нам сказки, всегда представляла себе, как я была бы великой волшебницей и как много бы хорошего для людей намагичила…, только ж это сказки.
Пришлось кое — что рассказать Надише, не все, разумеется, только лишь то, что касалось ее саму. И про то, что надо верить и желать только лучшего и как сосредотачиваться и думать о том, чего желаешь. Но все это будет пока касаться только ее художественного дара. А потом посмотрим.
Больше сегодня мы с ней ничем не стали заниматься, не надо, пусть отдохнёт Надиша. Но она замотала отрицательно головой, сгребла несколько оставшихся пустыми флакончиков и баночек в свой платок, завязала и, сказав, что вечером ещё попробует, пошла домой.
Только вышли из подвала, услышали шум со двора, радостные голоса. Мы вышли на крыльцо и увидели втягивающийся в ворота усадьбы наш обоз. Это возвращалась наша столичная экспедиция.
Из первого, остановившегося у крыльца фургона, вылез улыбающийся барон Дарти. Я с радостным визгом слетела с крыльца и бросилась к нему обниматься. А что такого? Он мне дядюшка, значит, все прилично!
— Здравствуй, здравствуй, стрекоза! Пойдем скорее в дом, все расскажу и письма от батюшки передам! Ох, устал я за эту дорогу! От самой столицы, почитай и до твоей долины, ямы да ухабы! И это хорошо, что напрямую ехали, через долину, двое суток всего! А если бы вокруг, так все пять бы набежало!
Мы прошли в дом, зашли в гостиную, следом за нами зашла горничная с запотевшим кувшином кваса из холодильного ларя.
Осушив пару стаканов кваса и утерев вспотевшее лицо громадным носовым платком, барон приступил к рассказу:
— Доехали до столицы мы за полтора дня, быстро, на постоялые дворы не стали заезжать, ночевали на полянке у дороги.
Хорошо, кухарка провизии наготовила нам, всем хватило, и вкусно — то как было! Остановились мы у батюшки твоего, а на следующий день поехали мы по лавкам твоего отца, товар развозить. Хорошие лавки у твоего батюшки, большие, товару всякого много, окна здоровущие, все видно. Но и народу к нему много ходит. Вино мое поставили продавать у Лайона и одну бочку у его друга.
