Капитальное здание коптильни из кирпича также возведено больше чем наполовину. Но там внутренней отделки больше, разумеется.
Мирко доложился, что каток готов, сегодня его заполнят, заклепают и можно испытывать. А сейчас у него опять срочная работа — культиваторы, косилки и конные грабли. Вот и отлично. Выйдя от кузни, заметила Миньку. Тот так и ходил за мною следом. Подозвала его, пригласила присесть на скамейку у дверей кузницы.
— Здравствуй, Минька! Как у тебя тут жизнь? Не обижают?
Пацан шмыгнул носом:
— Нет, лэрина, не забижают.
А какие тут дела? Скукотища.
— Ну, хорошо, здесь скукотища, а что бы ты в Арнике делал, если бы мы тебя не увезли оттуда?
— Ходил бы везде, смотрел бы.
— То есть, тебе запрещают ходить везде, смотреть? А что именно ты смотрел бы в городе? Что и где своровать, чтобы тебя не били и дали хоть корку хлеба? Так выходит?
Мальчишка смутился:
— Так здесь вроде мне так и делать нечего.
— Ну, вот вчера ребятишки в лес бегали, я просила их собрать для меня кое — что, а позавчера цветы собирали.
Я им деньги за это плачу. А ты почему с ними не пошел?
Минька фыркнул:
— Ну, вот ещё, с деревенскими вместе.
Эээ, парень, да ты у нас сноб, однако. Нет, я тебя перевоспитаю.
— Значит, так, Минька. Теперь, если я в поместье, утром ты приходишь ко мне, и я буду давать тебе задание. Выполнишь — можешь идти отдыхать. Ты плавать умеешь?
— Ну, не умею я. У нас в Арнике рядом речки нет.
— Вот тогда тебе и первое поручение — вон видишь, ребятишки после обеда на озерко ходят купаться? Вот и ты с ними иди. Попросишь нормально, они тебя научат плавать. Только нормально разговаривай, без выпендриваний. Понял?
Мальчишка кивнул головой, но горячего энтузиазма я на лице у него не заметила. Нда, мать его, похоже, слишком лелеяла. А оставшись один, он растерялся, озлобился на всех и никому не верит. Да и не особо к труду приучен. Ладно, все исправится со временем.
В коптильню заглянула уже чисто для проформы, там у мужиков всегда просто армейский порядок и чистота. Причем, они убирают и моют все сами, не допуская в здание посторонних. Серьезно восприняли мужики мое предупреждение о промышленном шпионаже. Уважаю. Там действительно все было в порядке. Даже ящики, в которых возим продукты на рынок, стояли аккуратным штабельком, вычищенные и готовые к последующей эксплуатации.
