Мы спустились к реке. На берегу было только двое рыбаков — сам старшина рыбаков, да травмированный Самусь. Остальные, как сказал Тимаш, все на реке. А они ждут подводы, грузить и везти рыбу в поместье.
— Тимаш, а вы полностью реку сетями перегораживаете?
— Да все благие с вами, лэрина, нешто так можно? Нет, конечно. И река больно широкая, и рыбе тоже надо проход оставлять, иначе, что потом ловить будем? Не по — людски так выйдет!
Молодец дед, о будущем думает!
— Я вот что хотел спросить, лэрина.
Так нам для себя можно будет рыбу — то заготовить?
— Тимаш, так мы же с самого начала уговорились, что для себя можно. Не стоит только хитрить и пытаться оставить рыбы для торговли самостоятельно с тем купцом. Вам же хуже будет от такой торговли. И вас в цене обманет и потом на нехорошие дела подбивать начнет. Мало ли. А я все равно плачу больше, чем перекупщик. Так что сами решайте, как вам лучше поступить.
И старик и Самусь закивали головами, мол, все понятно, так и накажем всем.
Двинули назад, нам ещё в Кузьминки бы заехать, я ещё ни разу нового пасечника не навестила.
По дороге обогнали медленно ползущие по ухабам телеги с бочками. Я поморщилась. На фоне всеобщего благолепия дороги смотрелись убойно. Как будто танковый биатлон проводили в моей, отдельно взятой, долине. Сколько ещё нерешённых вопросов, гораздо больше, чем решённых.
В Кузьминки приехали уже ближе к вечеру. Теплый ветер подсушил деревенские улицы, поэтому мы легко проехали к дому пасечника.
Когда я его видела в первый и последний раз, это был обычный деревенский дом, явно нежилой, с покосившимися воротами и местами сломанным забором. А сейчас и забор светил свежими заплатами, и ворота висели ровно, сияли чисто промытые стекла окон, а самое интересное — яркая, просто сумасшедше красивая роспись наличников вокруг окон! Это у кого такой талант?
Милаш постучал в ворота, вроде как неудобно без оповещения входить в дом.
Двери дома распахнулись, и на крыльцо дома вышел сам хозяин и его молоденькая жена. Увидев нас, уважительно поклонились, поздоровались. Пригласили в дом. Я двинулась в дом, с любопытством оглядываясь. А посмотреть было на что.
Обычная деревенская изба так преобразилась! Чисто побеленные стены и потолки сияли белизной, большая печь была разрисована такими достоверными подносами с пирогами, чугунками с кашей, большой чайник пускал клубы пара.
