Она вставлена в очень красивую, изысканную рамку, но я жадно рассматриваю людей на фото.
Высокий красивый мужчина, в котором легко угадываются любимые черты. Наверное, они были бы больше похожи, если бы не мода тех лет.
Игорь Большаков на фото младше своего сына, ему от силы тридцать. Смотрю на его жену, Полину, и внутри пробирает холодная дрожь.
Если не брать в расчет черты лица, то я — ее точная копия. У нее тоже длинные черные волосы, белая кожа, худощавое телосложение, такая же ровная спина.
На руках у нее сидит Тим.
Мой маленький Тимошка, с копной белокурых волос и с ярко-голубыми глазами.
Я так и не сказала Тимуру, что у него есть сын. Сначала потому, что он его не заслуживал. Я почти ненавидела Тимура из-за той истории с Самураем. Затем потому, что знала — если скажу, он не отпустит. А теперь жду, когда он вернется, потому что такие вещи надо говорить, глядя в глаза, а не писать в мессенджере.
Сейчас я смотрю в глаза женщины, у которой такой же сын, как и у меня, и губы сами беззвучно шепчут: «Простите…» Я только сейчас поняла, что Тимошка принадлежит не только мне.
И не только Тимуру. Он и их тоже.
Бережно заворачиваю фото обратно в оберточную бумагу, скрепляю скотчем и зову Артема.
— Тема, это надо передать Тимуру. Я хочу, чтобы он его получил, как только вернется из поездки.
Протягиваю сверток, Артем шутливо козыряет и забирает пакет.
— Сделаем.
— Еще мне нужен номер телефона отдела кадров, который занимался подбором персонала для Тимура. И собирайтесь, парни, мы завтра уезжаем.
Вдруг мне становится совершенно ясно, что все это время было необходимо нам с Тимуром. Достаю телефон и нахожу нужный контакт. Я звоню не так часто, но знаю, что на том конце воображаемого провода мне всегда искренне рады.
— Моя маленькая девочка Доминика вспомнила о своем престарелом товарище! — звучит из динамика веселый голос, и внутри разливается тепло.
— Здравствуй, Робби, — растягиваю губы в улыбке, — мне нужна твоя помощь.
Глава 27
Выхожу из самолета и такое ощущение, что на Большой Земле год не был.
Наконец-то цивилизация и люди, а не толстые неповоротливые пингвины! И жутко вонючие, хотя и забавные.
Я пытался скопировать их походку, для этого специально за ними по камням гонял. Илюха снимал и ржал:
— Тимур Демьянович, у вас точно такой же походняк, когда вы пьяный!
— А то ты меня часто пьяным видел, — я делал вид, что возмущаюсь, а сам представлял, как детки мои будут на папку переваливающегося с ноги на ногу смотреть и от смеха заходиться.
