Найди благотворительную организацию – желательно с хорошим общественным имиджем – и пожертвуй им деньги. А потом мы организуем пресс-конференцию в честь твоего предстоящего фильма, чтобы смыть все это.
— Серьезно? – спросила она с тем откровенным скептицизмом, на который способна только циничная двадцатилетняя девушка.
— Серьезно. Только больше ничего не говори. Когда дело доходит до новостей, у людей концентрация внимания, как у пылевого клеща. Если не раздуешь пламя, они сменят цель в течение недели.
Или меньше.
— Ну, я давно хотела попробовать новый оздоровительный комплекс...
— Отлично, – сказала я. — Сделай это. Сообщи мне название и страницу в социальной сети, а я проверю, дадут ли они тебе скидку за публикацию в Instagram.
— Боже мой, спасибо тебе, – прощебетала она. — Огромное спасибо.
— Мне нужно идти, – сказала я. — Но пусть твой агент позвонит мне, если у тебя возникнут проблемы.
Я закончила видеозвонок и повернулась лицом к мужу.
Он был высоким – обычно это было первое, что замечали в нем люди. Это, а также его пронзительный взгляд и холодное, неулыбчивое выражение лица. Он был похож на крепость: сплошная, бесчувственная человеческая стена. Ожидание окончания моего разговора никак не улучшило его настроение. Терпение не входило в число его достоинств.
Я лучезарно улыбнулась.
— Привет, дорогой. Что я могу для тебя сделать?
Генри не улыбнулся в ответ.
— Когда двадцать минут назад я послал горничную проверить тебя, она сказала, что ты отсиживаешься здесь, занятая сплетнями."
"Я сильно сомневалась, что Дженна говорила что-либо подобное. Я ей нравилась. Я нравилась большинству сотрудников своего мужа. Я помнила их дни рождения и имена их детей, а также незаметно выдавала премии и небольшие подарки со своего счета, чтобы смягчить обиды из-за дурного нрава Генри. Скорее всего, она сказала ему, что я разговариваю по телефону, и он решил приукрасить ее отчет.
— Мне очень жаль, – сказала я, потому что, как я всегда говорю своим клиентам, лучше всего извиниться первым. — Я разговаривала по телефону с клиенткой и, должно быть, не услышала ее стука.
— Тогда, может, не стоит держать дверь закрытой, – ответил он.
Я осмотрела кабинет. Как и весь остальной дом, он был роскошным, но здесь я предпочла функциональность вычурности.
