Рассвет уже забрезжил, но все еще ночь не оставляла свои права, сопротивлялась. Так что нужно было близко подпустить атакующих, чтобы иметь возможность прицельно разрядить штуцеры.
— Бах-бах-бах-бах! — двенадцать выстрелов слились в одну, будто автоматную очередь.
Мы удивили, если не ошеломили противника. Сложно судить, какие потери понесли нападавшие, но то, что они остановились, а некоторые так и вовсе полегли, факт.
— Бах-бах-бах! — снова звучали с нашей стороны выстрелы.
Пока никто не заряжался.
Всё, что было — ружья, штуцеры, пистоли — всё это сейчас беспрестанно стреляло. И если мы разрядим все имеющиеся стволы, а в это время не поспеет подмога, то дело будет швах.
— Бах! — выстрелил и я, метров с пятидесяти попав в грудь одного из казаков, который громче всех кричал и махал рукой в сторону моего дома.
Он упал, обагрённый. Наверняка получилось убрать одного из казацких командиров.
— Бах-бах-бах! — опомнившиеся налётчики начали отвечать на нашу стрельбу.
— Дзинь! — сразу две пули попали в соседнее окно, и стекло посыпалось.
Я, наверное, побагровел от злости. Остеклить окно нынче стоило очень недёшево.
Между тем пули залетали и в то окно, что было открыто — из которого я стрелял и где теперь пригнулся.
Ответные наши выстрелы стали звучать всё реже. Когда тебе отвечают и держат под прицелом огневые точки, не так-то легко отрабатывать.
— Бам! — услышал я удар снизу."
"Нет, это не граната. Это уже дверь ломали. Причём работали споро, спешили.
Ведь понятно, что сейчас на выстрелы начнут подходить все патрули, которые только были в городе. Вот только кажется мне, что этих патрулей нынче столь мало, что лучше оставались бы они в стороне.
Целее будут и нам не помешают.
— Вниз! — выкрикнул я и первым побежал к двери.
Быстро сбежал по выполненной из дума лестнице, оказался в небольшой прихожей перед центральной входной дверью. Внизу уже было трое бойцов, которые стояли с примкнутыми штыками, направляя свои ружья в сторону двери.
— Бам! — очередной удар практически вынес дверь с петель.
Я достал из-за пояса сразу два пистоля, направляя их в сторону двери. Мои действия отзеркалил Саватеев.
— Бам! — очередной удар, как оказалось, тараном, вышиб дверь напрочь.
— Бах! — тот пистолет, что был у меня в правой руке, послал пулю в первого же появившегося в проёме бандита.
— Бах-бах! — разрядили свои пистолеты и враги.
Один из моих бойцов упал, держась за живот.
