— Тогда я повторю свой недавний вопрос, — сказал Рауль. Спокойно так сказал, без малейшего нажима. Вот только волосы на моей голове едва не зашевелились от страха. — Господин Аддерли, так откуда вы узнали о гибели Каролины?
Элден тяжело вздохнул. Кашлянул, прочищая горло, и проговорил:
— Думаю, вам придется помириться с Артеном. И мне тоже, хотя очень не хочется. Но дальнейший разговор лучше продолжить в его присутствии.
ГЛАВА 3
— Я принес вам тапочки и горячего вина.
Я отвлеклась от изучения корешков старинных фолиантов и неохотно отвернулась от книжного шкафа.
— Полы здесь холодные, — продолжал Фредерик. Добавил с иронией: — И, боюсь, не совсем чистые. Как вы помните, в моем рабочем кабинете крайне редко убирают.
Я молча влезла в тапки. Подошла к столу и взяла высокий запотевший бокал, от содержимого которого ароматно пахло корицей и мускатным орехом.
— Спасибо, — коротко поблагодарила.
— Злитесь на вашего жениха? — догадался Фредерик."
"Конечно, я злилась на Элдена! Уму непостижимо, но он в буквальном смысле слова выгнал меня прочь, не позволив присутствовать при дальнейшем разговоре.
Я не сомневалась, что Артен уже прибыл. Наверняка с ним и Дэниель. И вот эта четверка сейчас что-то обсуждает без меня. Обидно ведь! А вдруг они там друг друга убьют?
И вообще, не понимаю, почему Элден так переполошился из-за смерти Каролины. Может быть, это несчастный случай. Опрокинула свечу, например. Или камин небрежно растопили…
Я покосилась на настежь распахнутое окно, в которое вливался теплый воздух летнего позднего вечера.
Ладно, в такую погоду камины не топят. Но все равно.
И вообще, у Каролины при жизни наверняка было множество врагов. Пожалуй, при всем желании не найдешь женщину с более отвратительным и высокомерным характером. Не удивлюсь, если ее прикончил какой-нибудь давнишний недоброжелатель, дождавшись, когда она наконец-то угодит в опалу и лишится магической силы.
— Вполне понимаю ваши чувства, — продолжал тем временем Фредерик, так и не дождавшись ответа на предыдущий вопрос.
— Господин Аддерли, как я успел убедиться недавно, очень непростой в общении человек. Уж что-что, а настоять на своем он умеет.
— Вы так говорите, как будто он уникален, — раздраженно фыркнула я. — Остальные ему в этом не уступают.
— Вы правы. — Фредерик с какой-то грустью кивнул. — И господин Войс, и его сын… Точнее говоря, оба его сына обладают таким же характером.
— В таком случае, это мне надо вам сочувствовать, — пробурчала я.
