Значит, вот оно как… Все это время я недооценивала Эльзу. А ведь могла бы догадаться, что слишком легко она напилась в моем присутствии и отрубилась. Рауль хотел, чтобы я бежала из темницы. И Эльза просто исполнила его приказ не мешать мне.
— Даже я недооценивал ум Эльзы, — вздохнул Фредерик. — Да, некоторое время она сомневалась, как надлежит поступить. Но потом ей все-таки хватило здравого смысла рассказать все мне. Помните мое вчерашнее поведение?
— Еще бы, — хмуро буркнула я. — Извините, но я засомневалась в вашей преданности его величеству.
Вели вы себя странно. Так отчаянно выгораживали Каролину и Бретани.
— Эльза говорила со мной прямо перед балом, — пояснил Фредерик. — Увы, я был слишком занят подготовкой, поэтому выслушал ее буквально на бегу. Все рассказать она мне не успела. Лишь обронила несколько намеков, которые, признаюсь честно, тогда всерьез я не воспринял. Решил, что слишком давно не навещал Эльзу, вот она и придумала повод для встречи наедине. Но когда я услышал про исчезновение Дэниеля, то сразу же вспомнил слова Эльзы.
Именно о нем она и собиралась со мной побеседовать."
"— Почему вы сразу об этом не сказали?
Фредерик внезапно смутился. Пожал плечами и опустил голову.
— Не знаю, — негромко произнес он. — Оливия, мне нравится Эльза. Пусть не как женщина, но как человек точно. Сначала я должен был убедиться, что происходит. Я прекрасно знаю, какой упрямой она может быть. Если бы ее начал допрашивать кто-нибудь посторонний, Эльза обиделась бы на меня, посчитала бы, что я предал ее.
И чисто из вредности отказалась бы отвечать на вопросы. Поэтому я решил, что первым переговорю с ней. Очень осторожно и аккуратно выведаю, что происходит. Я не сомневался, что Эльза мне врать не будет. Но я никак не мог понять, кто именно принудил ее к сотрудничеству. Что это был сам Дэниель, понятное дело, я и помыслить не смел. И, естественно, мои подозрения пали на Бретани и Каролину. Обе они были обижены на Дэниеля, обе жаждали мести. Я просто хотел поговорить с ними первым, Оливия.
Прежде чем втравливать Эльзу в разборки, я обязан был убедиться, что ей ничего не угрожает. Наверное, впервые в жизни я растерялся. Попытался как-нибудь вывернуть ситуацию, чтобы иметь хоть немного форы. Но, увы, в итоге получилось еще хуже.
— Намного хуже, — подтвердил Артен. — Вчера вечером, друг мой, ты был в одном шаге от допроса с пристрастием. Потому что вел себя очень странно.
— Я знаю. — Фредерик виновато улыбнулся. — Еще раз прошу простить меня.
