– Не могу поверить, что так бывает!
– Я тоже, – сказал Феликс, и его голос звучал так, словно он только что увидел привидение.
Почему-то я ожидала, что он начнет переубеждать меня и все равно отвезет больницу, но этого не случилось. Он повернул к дому, остановил машину у ворот, но… выйти из нее не позволил:
– Ты ждешь гостей?
Я помотала головой. Феликс указал на дом: окно на первом этаже светилось.
7. Что чувствуешь ты?
– Что ж, по крайней мере не придется взламывать дверь, – нервно засмеялась я. – Кто-то сделал это вместо меня.
– Сиди здесь, – бросил Феликс, открывая дверь машины.
– Подожди, – вцепилась я в него. – Может быть…
У кого еще могли быть ключи от дома, кроме меня и Анны? И тут дверь распахнулась, уронив во двор полосу света. Вниз по ступенькам скользнул хрупкий силуэт, держа в руках какой-то ящик. «Воры?» – дернулась я, но тут же расслабилась, всматриваясь в темную фигуру.
– Идем, все в порядке. Это Ольга. Она помогает Анне с садом.
За последние полгода Ольга и Анна особенно сблизились.
Ольга потеряла дело своей жизни (после погрома она так и не смогла заставить себя войти в магазин), а Анна потеряла сына. Им было о чем поговорить. Ольга приходила пару раз в неделю, помогала Анне с заказами по ландшафтному дизайну. Они чертили планы, сажали рассаду, могли до бесконечности обсуждать сорта цветов или оттенок гравия для садовых дорожек. Это все здорово отвлекало Анну, поэтому я тоже радовалась приходам Ольги. Кроме, пожалуй, сегодняшнего дня.
– Лика? – встрепенулась она, опуская на землю ящик с торчащими из него стебельками.
– Где вы все пропадаете? Мы договорились с Анной, что…
Она запнулась, разглядывая Феликса. Конечно, Ольга знала о нем, но вряд ли видела его раньше. Феликс ненавидел приезжать домой.
– Договорились с Анной пересадить рассаду, и вот приезжаю, а дома никого. Я взяла запасные ключи в садовом домике… Что с твоей одеждой?
Ольга испуганно оглядела мою окровавленную майку.
– Это… Соком облилась, – натянуто улыбнулась я.
– А Анна – она в больнице.
– Что-то случилось? – охнула Оля.
– Если очень коротко, сердечный приступ. Оль, я тебе потом позвоню и все расскажу, хорошо? Едва держусь на ногах.
– Боже мой! Конечно, – пробормотала она растерянно. – Мне осталось чуть-чуть… Петунья и анютины глазки. Ты не против? Если что-то понадобится, ты только скажи. Могу присмотреть за садом, пока Анна не поправится.
– Хорошо, спасибо, – и я, пошатываясь, поплелась в дом.
