Не появлялся? Он точно должен был ждать меня здесь!
Бармен пожал плечами и вернулся к своему стакану: у того было явно больше ослепительных граней, чем у меня. Я принялась осматривать зал. Глаза медленно привыкали к полумраку. Никого. Никого, похожего на Феликса. Зря. Все зря. Ну по крайней мере я сделала все, что могла. За исключением того, что не нашла вовремя чертову записку, которая все это время была буквально у меня под носом. Мне снова захотелось реветь.
Я повернулась к бармену:
– Виски без льда.
Тот стал разглядывать свой драгоценный стакан на просвет:
– Тебе уже есть восемнадцать?
– Конечно, – соврала я и послала ему фальшивую улыбочку, которая при конвертации в устную речь звучала бы примерно так: «Только попробуй усомниться в моем возрасте, идиот, и я засуну свой паспорт прямо тебе в глотку».
Но хитрая задница по ту сторону барной стойки не собиралась уступать.
– Могу предложить яблочный сок. Он выглядит ну совсем как виски. А если еще положить пару кубиков льда… М-м-м…
«Он что, флиртует со мной, король бутылок?»
– Подойдет, – зазвучал голос прямо у меня над ухом.
Я поняла, кому он принадлежит, еще до того, как развернулась.
4. Я знаю о тебе все
Феликс очень изменился. Словно мы не виделись много-много лет. Стал массивнее, шире в плечах, даже как будто выше. На нем была черно-красная футболка с надписью Hayabusa и легкая куртка на молнии. Волосы лежали в небрежном беспорядке, как будто он только что снял мотоциклетный шлем или сушил их, гоняя на машине с открытым верхом.
Короче, он выглядел отлично. Так что я даже пожалела, что не успела пригладить свои собственные волосы в холле перед зеркалом.
– А ты не очень-то пунктуальна, – заметил Феликс.
Я разглядывала его лицо, на котором теперь не было никакой бороды. И правда изменился до неузнаваемости. Загорелая кожа, высокий лоб, колкие карие глаза – под стать ироничной улыбке… «Надо было не только пригладить в холле волосы, но и подкрасить губы», – подумала я, испытывая при этом странное раздражение.
– А ты не очень-то сообразителен.
– То есть? – прищурился он.
– То есть можно было догадаться написать свой номер телефона на той бумажке!
– Не вижу в этом необходимости, – бросил он и, придерживая меня за локоть, повел подальше от барной стойки.
– Я обнаружила ее только на вокзале! – возмутилась я, едва за ним поспевая. – Сегодня собиралась вернуться домой.
