Дио в долгу не осталась и отсыпала в ответ горсточку любезностей. Я испуганно прижалась к Феликсу, и он мгновенно умолк и приобнял меня в ответ.
– Теперь она считает меня самоубийцей, Дио! – перешел на русский он, видимо, только чтобы я не чувствовала себя лишней. – Как ты могла сказать ей это?!
– А как бы еще я смогла предупредить ее, что ты собираешься сделать, не вдаваясь в тайны Фальконе? Ну? Кое-какие вещи должен рассказать ей только ты!
– Ты не собирался убивать себя? – изумленно переспросила я.
Феликс прижал меня к себе еще крепче и растерянно мотнул головой.
– Ох, Лика… И да и нет.
– Знаете что? – встрепенулась Изабелла. – Прежде чем вы упорхнете в укромное место обсуждать «тайны клана Фальконе», могу я задать маленький вопросик?
Мы все повернулись к этой малышке, которая, несмотря на то что была наряжена в розовую юбочку и держала в руках не менее розовый зонт, – только что сама посадила вертолет на эту бренную землю!
– Ты десультор?! – обратилась она ко мне, хлопая ресницами.
– Это ты была в теле Урсулы, так?
И, видя, что я не в состоянии ответить ничего вразумительного, она тут же повернулась к Феликсу.
– Она десультор, ведь так?! Почему ты никогда не упоминал об этом, Крис?!
– Я тоже не прочь послушать об этом поподробней, – подключилась Дио. – Это она прыгнула в вертолет и остановила тебя!
– Выкладывай все, Крис, – поднажала Изабелла. – Если, конечно, ты не собираешься прямо на этой поляне заняться с ней гораздо более важными делами.
Феликс послал Изабелле испепеляющий взгляд, я опустила глаза, тупо улыбаясь, а Дио и вовсе начала пританцовывать на месте.
– Что такое «десультор»? – робко подала голос я.
– Я расскажу тебе сегодня, – сказал Феликс.
– Вы все имеете в виду мои «перемещения»?
– О боже, это правда! – воскликнула Изабелла, роняя зонтик.
– Да, именно их, – Дио подошла ко мне и крепко обняла. Я четко ощутила, как сильно изменилось ее отношение ко мне за какие-то часы: от вежливой настороженности до почти сестринской нежности.
"
"– Спасибо тебе. И прости за это, – она коснулась моей щеки, по которой врезала мне час назад, когда «отправляла» меня на вертолет. – У Криса будет лекарство.
Последнее слово она произнесла с каким-то особенным оттенком в голосе: видимо, речь шла вовсе не о тех лекарствах, что продают в аптеках.
– Это конечно все очень впечатляет, – подытожила Изабелла, – но мне осточертело стоять под этим дождем. И кстати, Крис, объясни, что к чему, Урсуле.
