Сделав вид, что чрезвычайно занят, Петляков вышел из кабинета, не позабыв посмотреть на часы, и заторопился к лифту. В эту минуту его лицо должно было выражать крайнюю степень озабоченности, и сотрудники, встречавшиеся на его пути, с любопытством разглядывали его посуровевшие глаза. В его кабинете остались лежать два диска, которые он должен был прослушать еще вчера вечером, но решил отложить на более свободное время. Кажется, сейчас оно наступило. Возможно, он прослушал бы запись еще вчера вечером, но Толя Власенков заверил, что в них не было ничего такого, что могло бы угрожать генеральному: несколько ничего не значащих встреч и свидание Николаева с любовницей на загородной вилле.
Подумав, Вадим решил начать прослушивание именно с последнего диска. Заперевшись в кабинете, он воткнул диск в магнитофон.
«– Сколько мы с тобой встречаемся?
Петляков без труда узнал низкий тембр Николаева. Голос у него был шансонистый, с та-ким тембром не стыдно выступать откуда-нибудь с эстрады, а еще вкручивать мозги хорошеньким девочкам.
– Пять месяцев, – прозвучал высокий женский голос, показавшийся Вадиму знакомым. Петляков невольно насторожился.
– Он ни о чем не догадывается?
– Нет. Я веду себя очень осторожно.
– Мы с тобой поступаем как настоящие шпионы.
– А может, все-таки разведчики?
– Пусть будет так, ты романтичная натура."
"Тонко звякнуло стекло. Наверняка в этот момент бокалы заговорщиков встретились.
– За тебя.
– А я пью за тебя».
Вадим заскучал. Ничего такого, что могло бы вызвать интерес. То, что Николаев неравнодушен к женщинам, общеизвестно. В этом не было ничего страшного. Было бы весьма подозрительно, если бы это было как раз наоборот. Вадим хотел прослушать запись с самого начала, как вдруг услышал следующую фразу:
«– А как ты думаешь, что было бы, если бы Шевцов вдруг узнал о наших взаимоотношениях? – В голосе девушки послышался некоторый вызов.
– Мне даже сложно представить… Думаю, он просто убил бы.
– Кого? Тебя или меня?
– Скорее всего меня, а может быть, нас обоих. Ведь он такой большой собственник.
– А ты не боишься его?
– В моем положении и возрасте бояться уже грешно.
– Только не надо о возрасте, я ведь тоже далеко уже не юная девочка. Ответь мне на один вопрос.
– Задавай!
– Почему ты обратил на меня внимание?»
Вадим слушал затаив дыхание. Теперь он уже не сомневался в том, что голос принадлежал Ларисе.
