Тут же рыли окопы, выставляли дополнительные мешки с землей, организовали два пулеметных гнезда, перекрыв их сверху от ракет. Ракеты, кстати, падали, но к вечеру обстрел стал намного слабее, вероятно, запас ракет был исчерпан. Ночью притащат новые…"
"Вместе с офицерами, занимающимися обороной базы, определили периметр, который существующими силами можно спокойно оборонять. До вечера этот периметр выставили — бронетехникой, мешками с песком и бетонными блоками, которые здесь нашлись в достаточном количестве.
Личный состав базы поделили на три смены, два дежурства в день по четыре часа каждое, одна смена спит, вторая бодрствует, третья дежурит. Бодрствующей смене вменили в обязанность заниматься возведением дополнительных укреплений и чинить существующий периметр.
До вечера пятеро солдат, обороняющих базу, получили ранения, один — тяжелое. Двоих отправили в Джей-бад, трое остались в периметре аэродрома.
В преддверии ночи сержант решил попытаться наладить отношения с афганскими полицейскими — их на охране было больше, чем американцев, раза в два, и если ночью муджики пойдут на штурм, а афганцы или просто бросят оружие, или того хуже — переметнутся на сторону талибов… будет плохо, в общем.
Случаи перехода на сторону талибов уже были, не раз и не два, правда, целыми дивизиями, как при коммунистах, не перебегали — но расстрелы сослуживцев и инструкторов с уходом на ту сторону были, о каждом из них трубили подпольные талибские листовки и газеты.
Сержант выделил среди афганцев того, кого он посчитал лидером — по крайней мере, к нему прислушивались другие полицейские, — выделил момент, когда тот вышел покурить, подошел…
— Сержант Гэтуик. Джим. — Он широко улыбнулся и протянул руку, потому что именно так советовали делать специалисты из отдела PR. Да, был в американской морской пехоте теперь и такой отдел, чтоб его…
— Заболь, сэр, — сказал афганец, английским он владел, хотя и с акцентом.
— Брось, какой я тебе сэр… — с нарочитой веселостью сказал сержант, — ты, наверное, старше званием, чем я. Меня зовут Джим, усек?
— В газетах пишут, что к американцам надо обращаться именно так.
— Брось. Пойди в нужник и используй там эту газету по назначению. Меня зовут Джим, парень, и никак иначе.
— Джим.
— Верно. Джим.
В газетах и в самом деле чего только не писали, и про многие вещи лучше было бы помолчать.
