Духи не могли спокойно маневрировать по склонам, их прижимал экономный и точный огонь пулемета с воздуха.
Вверху, на скальном карнизе, морской пехотинец сунул гранату под так хорошо послуживший им китайский пулемет, хлопнул его по ствольной коробке, будто прося прощения за такое (но лучше будет, если духам он не достанется исправным), и бросился вслед за остальными.
Или добегут до того, как духи с той стороны гребня поймут, что их больше никто не сдерживает, или их расстреляют в спину.
Они бежали навстречу сбитому вертолету по склону, по которому и днем-то только дурак решится передвигаться бегом, — и то тут, то там каменная осыпь вскипала султанчиками от попаданий пуль.
Один упал. Второй…
Остаток пути они доехали — докувыркались, разбив в кровь лицо, руки… хорошо, что ничего не сломав…
— Черт… Все?!
Хорошо еще, что оставался «Миними» и была пара лент к нему. В основном — поддержка позиции была на нем.
— Все, сэр!
— Ромео, мы объединились! Где вы, мать вашу?!
— Техас, спокойно! Ромео-два нашел посадочную площадку южнее нас! Нужно пройти милю.
Справитесь?!
— Милю?!
— Милю, мать вашу! Иначе тут так и останетесь!
Сержант от избытка чувств шарахнул кулаком по искореженному металлу сбитого вертолета.
— Милю! Надо пройти чертову милю вниз по ущелью! Раненых берем с собой, все, что сможем унести! Надо пройти милю, иначе тут сдохнем!
Капитан Майк Любин
Он не знал, куда он идет. Он знал только одно… где-то там идет бой. Нужно просто добраться до того места, где идет бой.
Подняться на эту чертову громадину, которая была перед ним. Если там идет бой — значит, там есть свои…
Под ногами захлюпало — он и не понял сразу, что это. Только потом осознал, что это вода… дар Аллаха в этих иссушенных солнцем местах. Если где-то есть родник — значит, там есть и жизнь. У родника могли быть моджахеды — но ему было уже все равно.
Упав на колени у родника, он зачерпнул ладонями воду и напился… господи, никогда не думал, что такое удовольствие может доставить обычная родниковая вода, чистая и холодная, аж зубы ломит.
Потом попытался омыть лицо — и застонал от боли. Сначала он потерпел катастрофу, потом его били, потом он ободрался о камни, когда летел вниз. Казалось, что каждая кость в его теле сломана.
Но все равно — надо идти.
Он с трудом поднялся на колени — и увидел на своем изодранном комбинезоне красную точку лазерного прицела.
— Кто вы, сэр? — спросили из темноты.
