Ставшая потом знаменитой «Карусель», когда на Диего-Гарсию буквально конвейером одни самолеты доставляли боеприпасы, запчасти, сменные экипажи, стратегические бомбардировщики, опроставшись над Афганистаном, садились, их заправляли, подвешивали бомбы, при необходимости меняли экипаж, и они снова взлетали — и так день за днем, ночь за ночью, непрерывное бомбовое воздействие без малейших шансов ответить, огонь, бьющий с небес и превращающий зеленые долины в мертвый лунный пейзаж, обрушивающий кяризы, стирающий с лица земли кишлаки.
И все это довольно дешево, применялись самые примитивные бомбы свободного падения, ничего лишнего, только как можно больше бомб, как в старые добрые времена, как над Берлином и Хайфоном, — все это привело к тому, что уже на третий день боевики были деморализованы, их активность свелась к отдельным вылазкам, а кривая потерь резко поползла вниз. Но выгоду из всего из этого извлек не президент — а некая мадам, большая любительница чая, желающая в ближайшие четыре года пить его по адресу Пенсильвания Авеню, 1600[55].
Президент, шедший на свои выборы с лозунгами миротворца, получивший Нобелевскую премию мира, несмотря на это так и не выведший войска из Афганистана, вляпавшийся в Ливии и ведущий половинчатую политику в Ираке, так и не сумевший обуздать аппетиты насквозь коррумпированных генералов и военных промышленников, извлекающих огромные прибыли из войны, — так вот, президент не смог воспользоваться довольно убедительными успехами американской армии, давшей суровый отпор бандитам, потому что, если бы он попытался оседлать этого конька, его тут же обвинили бы в лицемерии.
А вот мадам кандидат в президенты США оседлывала этого конька очень и очень лихо, она рассыпалась в дифирамбах доблестной американской армии, она могла кричать на митингах «Bomb it!»[56], и люди повторяли за ней все это. Она была не меньшим популистом, чем действующий президент, — только если действующий президент, придя к власти, понял, что управлять страной — это совсем не то, что кричать на митингах, то эта мадам так ничего пока и не поняла, возможно, и не собиралась понимать.
Ее двигали к власти чрезвычайно опасные силы, крайние консерваторы и экстремисты, те же самые, что выдвинули к власти в свое время Рональда Рейгана. Они отчетливо понимали, что мадам кандидат абсолютно ничего не соображает в политике, а во внешней политике ведет себя с грацией пьяного гиппопотама.
