А потом кто-то резко и властно закричал что-то, а второй, не говоря ни слова, передернул затвор автомата, и талибы отхлынули от тела, потому что уже узнали — ЭТИ убивают не раздумывая, при малейшем неповиновении, для них ничего не стоит ни своя жизнь, ни чужая. Капитан почувствовал, как кто-то прикасается к нему, но прикасается не для того, чтобы причинить ему боль, а скорее — наоборот. Потом рядом что-то положили, несколько рук подняли его и переложили куда-то. Носилки — понял он. Свои? Но если свои — почему нет стрельбы, почему они не стреляли в талибов?
Додумать эту мысль капитан не успел — потерял сознание.
В сознание капитан пришел только через несколько дней. Он увидел, что лежит в больнице — в настоящей больнице, на настоящей кровати, кровать была застелена белым бельем, потолок был тоже белым, и на нем были прикрытые сейчас автоматическими жалюзи прорези системы центрального кондиционирования. Это когда уже при проектировании здания в него закладывают специальные воздухопроводы и вместо множества отдельных кондиционеров за микроклимат отвечает большая климатическая установка.
Оборудование это было достаточно дорогим, в странах третьего мира его не было — а на американский госпиталь это было непохоже, потому что здание было капитальное, а не временное. Тогда — где же он находится, черт побери?"
"Укорив себя за ругательство, пусть и не произнесенное вслух, капитан Роуленд повернул голову. Рядом с ним на стуле сидел человек в военной форме и белом медицинском халате, накинутом поверх кителя.
Человек этот был невысок ростом, смугл и узкоглаз, на его лице уже были морщины, что говорило о немалом возрасте, не меньше сорока. В руках у него был свежий номер Aviation Week на английском языке, который он с интересом читал.
Капитан Роуленд пошевелился — и военный поднял на него глаза.
— Хорошо, что вы пришли в себя, капитан Роуленд, — на академически правильном английском сказал он.
— Где я?
— Вы? Вы в военном госпитале.
— А вы кто такой?
— Я? — Потом капитан Роуленд узнает, что этот человек почему-то именно так предпочитает строить свои фразы.
— Я полковник Сянь Вей, военно-воздушные силы Народно-освободительной армии Китая.
— Я американский гражданин.
— Мы знаем это, капитан Роуленд. Однако и вы должны знать вот что: от ваших бомб погиб сорок один гражданин Пакистана. Вам не кажется, капитан, что государство Пакистан вправе получить от вас ответы на кое-какие вопросы?
Капитан закрыл глаза.
