— И что я ищу диссидентов в правоохранительных органах… Господи, папуля, какая же я дура! Знаешь, я так испугалась, что Константин узнает, кем ты мне доводишься, и у тебя из-за этого будут проблемы.
— Не будет у меня проблем, не волнуйся, — усмехнулся отчим. — Костя нормальный мужик. Но благодари бога, что нарвалась именно на него, тебя чистый случай спас. Был бы кто другой — все могло бы повернуться иначе. Должность у тебя пока маленькая, спихивать с нее смысла нет, ни ты сама, ни твое место никому не нужны, но вот если бы кому-то понадобилось добраться до меня, то твои разговоры про коррупцию в СССР легли бы четко «в кассу».
Мол, воспитал дочь в соответствии с собственными взглядами, ненадежный товарищ, таким не место в высших структурах МВД и так далее.
— Пап, но коррупция же действительно есть! — в отчаянии воскликнула Настя. — Как же можно говорить, что ее нет, когда она есть!
— Ее нет, — четко и раздельно произнес Леонид Петрович. — При советском политическом и государственном строе ее нет и быть не может.
— А как же дело «Океана»? О нем даже в газетах писали. Начальники управлений и главков, торговых и снабженческих предприятий, министр Ишков, замминистра Рытов — это же какие фигуры! А деньги к ним текли снизу через все звенья. Это ведь не разовые факты взяток, это система, налаженная и функционировавшая годами. Так что же это, если не коррупция?
— Ребенок, ты тупая или глухая? — негромко проговорил отчим. — Повторяю: в СССР коррупции нет и быть не может. Равно как и в системе МВД не может быть руководителей, умышленно искажающих статистическую отчетность.
Ты меня поняла?"
"— Поняла. Кажется, — вздохнула Настя. — Плохо жить в вашем взрослом мире, все время врать приходится. Врать и притворяться. Не называть вещи своими именами. Видеть то, чего нет, и не видеть того, что есть и прямо-таки в глаза бросается.
— Ну, это ты брось, видеть нужно все, только говорить об этом не следует. А видишь ты, кстати, очень даже неплохо, Гордеев оценил, даже пожалел, что ты девица, а не парень, хотел тебя в розыск рекомендовать.
— Да ну, пап, что мне там делать? Это не мое.
— Вот я ему так и объяснил, мол, для уголовного розыска ты не годишься. Ладно, ребенок, пойдем, мама ждет, а мне еще в поездку собраться нужно, завтра после работы уже не успею домой заехать.
— Далеко летишь?
— В Ригу.
— Надолго?
Леонид Петрович пожал плечами.
— Кто ж это может знать? Тут не угадаешь.
Они поднялись со скамейки и шагнули к подъезду, но Настя внезапно остановилась.
