Мне нужно было встряхнуться, сбросить наваждение.
– Всё в порядке? – едва слышно, почти не шевеля губами, спросил Джон.
– Нет, но я справлюсь… Постараюсь не прыгнуть за борт, – усмехнулась я, клацая зубами. И только сейчас осознавая, что из-за нервного напряжения меня бил озноб."
"– Я прыгну за тобой и спасу, – тут же уверил меня Джон. И мне на самом деле стало спокойнее.
– Лучше поцелуй меня ещё раз…
Это что, я сказала? Не верю.
Но мягкие губы Джона, коснувшиеся моих, кажется, убеждали, что это и правда была моя просьба.
– Так лучше? – прошептал он.
– Да, – голова кружилась, и это не давало сосредоточиться на страхе. Отчего он уплывал лёгкой дымкой.
Джон поддержал меня за талию, и я даже осмелилась поднять глаза. Что ж, никто и не говорил, что это будет просто.
Мередит прожигала меня злобным взглядом, готовая сожрать целиком и не поморщиться. Адам, напротив, смотрел обескураженно.
– Поправь очки, – посоветовал Джон, когда мы были уже почти в столовой. Даже не верилось, что с моего появления прошли буквально считанные секунды.
Я потянулась правой рукой к лицу, отмечая, что она дрожит. Зато левую крепко сжимал Джон, и это не просто придавало уверенности, это окрыляло.
– Доброе утро, – поздоровалась я с гостями с самым ужасным русским акцентом, какой только могла изобразить. При этом на лицо я нацепила самую глупую улыбку из имеющихся в моём арсенале, и поправила сползшие на нос очки указательным пальцем.
– Не переигрываешь? – почти с такой же улыбкой краешком губ прошептал мне Джон.
Но я не успела ничего ответить. Потому что холодная, надменная Мередит с брезгливой гримасой отшатнулась, когда я проходила мимо, направляясь к своему стулу. Это было как пощёчина.
Выдержу ли я эту игру? Должна выдержать. Ради Джона. Ему нужна моя помощь.
Старший Кэлтон проводил меня к месту и помог усесться поудобнее. Младший в это время пытался подобрать со стола свою нижнюю челюсть, так и норовившую продемонстрировать собравшимся качественную работу нью-йоркских дантистов.
– Да уж, Джон, умеешь ты удивить своим выбором, – Мередит вынула из маленькой сумочки узкую пачку сигарет и, достав одну, закурила тут же за столом.
– Ты тоже в этом поднаторела, – Джон держался спокойно и даже сдержанно, но я чувствовала его напряжение.
Мередит уже открыла рот, чтобы сказать ему какую-нибудь гадость, завуалированную под ничего не значащую фразу, и я поняла, что пора вмешаться.
– Любимый, – произнесла с тем же чудовищным акцентом.
