Скоро твой самолёт.
Ну конечно… Джон не хочет больше меня видеть, поэтому и прислал этого…
– Как тебя зовут?
– Питер.
– Слушай, Питер. – домой мне совершенно не хотелось, там я сойду с ума от собственных мыслей и невозможности что-либо изменить. – Ты должен отправить меня в какой-то определённый город?
– Нет, куда ты скажешь.
– Окей, я полечу в Берлин.
Снаружи стояла большая чёрная машина, я даже не заметила её марку. Да и важно ли это было теперь?
– Мои вещи? – спросила у Питера.
– В багажнике, – он сел за руль и, перегнувшись назад, достал с заднего сиденья мою сумочку.
Там был паспорт, кошелёк с более чем скромной наличностью и мой телефон. Я обрадовалась, хотя бы смогу позвонить тёте Кате и предупредить о своём приезде. Телефон по-прежнему не включался.
– У тебя есть зарядка?
Питер открыл бардачок и протянул мне зарядное устройство. Я подключила телефон. Прошла минута, другая. Но он так и оставался тёмным куском пластика.
– Да что же это такое? – потрясла им в тщетной надежде, что поможет.
– Дай-ка сюда, – Питер выхватил у меня смартфон, ловко вскрыл заднюю крышку.
– Молодец Мередит, ничего не упустила, – горько хмыкнула я. У телефона отсутствовала батарея. Разумеется, я не могла никому позвонить.
В аэропорту я направилась в туалет. Хотелось привести себя в порядок. Было противно думать, что Адам меня касался. О чём-то ином думать и вовсе не хотелось.
К моей радости следы насилия отсутствовали. И вообще, не похоже, чтобы у меня был секс.
Это немного приободрило. Надеюсь, всё-таки у меня ничего не было с Адамом.
Может, не всё так плохо, как кажется?
Мне повезло попасть на прямой рейс, и через три с половиной часа я уже была в Берлине. Город встретил меня солнечным днём, словно пытаясь убедить, что тёмная полоса уже закончилась. Но на душе было пасмурно.
Подъезжая к дому тёти Кати, я очень волновалась. Вдруг они с мужем куда-то уехали, всё-таки я не смогла их предупредить.
Таксист помог мне вытащить из багажника чемоданы, и я осталась одна перед домом.
Словно и не было этих недель. Не было «Аурелии», Джона, нашей любви… Всё это мне только приснилось…
– Сонечка, – тётя Катя, стуча каблуками, спустилась ко мне. – Какими судьбами?
Я не смогла ничего ответить, где-то в горле перемкнуло.
– Ну-ну, милая, всё будет хорошо. Пойдём в дом.
Она обняла меня за плечи и повела внутрь.
– Вил! – вдруг заорала она, и я чуть не отшатнулась.
