Я боялась того дня, когда все взорвется, выплеснув кровавые клочья моей души наружу.
– Не факт, что они убьют его, – в конце концов заговорил Киллиан.
Мы оба знали, что это ложь. Это место не дает отсрочки. Они были припасены для жертв, которых Иштван собирался мучить и истязать до самой мучительной смерти.
А Трекер был всего лишь числом.
* * *Время неумолимо утекало. Трекер не возвращался, и с каждым часом тяжесть его участи наваливались на меня все сильнее. Голод, боль, уныние и горе заставляли меня глубже уходить в себя.
– Брексли? – Киллиан позвал меня по имени уже не первый раз. – Поговори со мной.
Я не хотела терять надежду, но внутри себя я уже проигрывала сражение. Правда смело смотрела мне в лицо. Никто не придет за нами. Столько людей погибло. И поскольку я не видела другого выхода, многие из нас последуют за ними. Может, это будет благословением. Если Иштван обнаружит нектар, в этой стране – а возможно, и во всем мире, – воцарится кромешный ад на земле.
– Не сдавайтесь, мисс Ковач. Не сейчас.
– Какой смысл? – Я возненавидела жалкий надлом в голосе.
– А какой смысл в жизни? – отозвался он. – Помнишь, что сказал твой дядя той ночью на площади? Любовь, дружба, семья. Вот ради чего стоит бороться. Единственный истинный смысл жизни. Все остальное – чушь собачья, – процитировал он слова Андриса.
Слезы застилали глаза, и я уткнулась головой в колени, поджав губы, чтобы сдержать рыдания. Воспоминания о дяде отдавались в сердце острой болью. С жестокостью, с которой не сравнятся никакие пытки.
Смерть отца уничтожила меня, но в той агонии была некая пустота, которую я могла заполнить воспоминаниями о нем.
Но потеря Андриса? У меня не было способа справиться с ней. Я никак не могла отделить чувство вины от моей любви к нему. Мои руки были в крови. Сердце было покрыто шрамами. Неважно, умолял ли он меня о смерти или это было правильным поступком. Я убила своего дядю. На моих плечах лежал этот груз.
– Брекс, у тебя есть все это. Любовь, дружба… семья.
Я вытерла мокрые глаза об штаны и подтянула колени к груди.
– И помни, что когда тебе наскучит тот неандерталец, то я рядом.
Я подавила смех.
– Правда? Потому что все выглядит так, будто ты думаешь о другой.
Киллиан фыркнул от моих слов.
– Не надо. Я поступил так, как поступила бы любая порядочная личность.
– Угу.
– Ты попала сюда по той же причине. Противостояла больным ублюдкам.
– Ты защищаешься, Киллиан, – поддразнила его.
– Мало того, что она невыносима, так еще и человек.
