– Я зажала обломок трубы между пальцами и опустилась на колени, чтобы взломать замок. Дети подобрались ближе, их лица были полны надежды и мольбы. Я лишь надеялась, что эти замки не были заколдованы или выкованы гоблинами.
– Черт подери, женщина. – Уорик сокрушенно покачал головой. – Ты и правда желаешь бросить вызов смерти, да? – Когда охранники приблизились, Уорик развернулся и с ревем бросился прямо на первую шеренгу офицеров. В тесных коридорах они не могли рассредоточиться, что позволило Уорику с легкостью к ним подобраться.
Раздались выстрелы, а затем вой и звуки ударов по плоти.
Прикусив губу, я поборола желание обернуться назад и сконцентрировалась на замке, не желая терять ни секунды, которые предоставил мне Уорик."
"С глухим стуком рядом с моей ногой упало тело, и я заметила нашивку ВСЛ. Огромная рука метнулась вниз и выхватила пистолет у жертвы, отстреливая других членов из его отряда.
«Сосредоточься, Брексли!» Адреналин бурлил в моих венах, руки дрожали, когда я возилась с замком.
Дети радостно кричали и подбадривали нас с Уориком, пока позади меня продолжался бой.
В любой момент Уорика могли убить.
Мне в любой момент могли прострелить голову.
И у меня не было магии, которая могла бы нас спасти. Связь, дарующая ему силу, оказалась мертва. А сила в моей ДНК впала в спячку.
Трубка выскользнула из моих потных ладоней, звякнула, ударившись об пол, и мое сердце бешено забилось от страха.
– Поторопись, Ковач! – Голос Уорика прозвучал натянуто, когда он пинком свалил очередного солдата на пол.
Из моего рта вырвался стон, и я крепче сжала обломок трубы в руке. Но он был слишком большим, и острие не входило в замок. Все без толку.
«Чертчертчерт».
Я подняла глаза на маленького мальчика, стоящего передо мной. Его нижняя губа дрожала, а глаза были широко открыты, умоляя меня не сдаваться. Не оставлять их здесь.
– A kurva életbe![9] – Почувствовав, что отчаяние и ярость захлестывают меня, я встала. Замахнулась и со всей силы ударила по замку обломком трубы, как топором.
Лязг!
Металл вибрировал, скрипел, пронизывал воздух визгом, пока я колотила по нему снова и снова. Гнев взял надо мной верх. Я стольких потеряла. Столько смертей видела. Столько боли.
И все, чего я хотела сейчас – спасти детей от пыток.
Хрипы, крики, выстрелы и хруст костей смешивались с металлическим лязгом, словно песнь агонии. Мелодия душевной боли и страдания, для которых не подобрать слов.
