Когда передашь, зачем приехал, эти двое громил отведут тебя на кухню и ты будешь хорошо вознагражден.
Джон отдал Оуэну седельный мешок и письмо.
— Мешок принадлежал мастеру Ридли, да покоится он с миром. Миссис Уилтон сказала, чтобы вы сначала прочли письмо.
— Она здорова?
— Ну да, капитан. И в лавке все хорошо. Это дело не имеет отношения к аптеке.
— Хорошо. Я посмотрю, что ты привез. А теперь ступай с ними на кухню. — Оуэн, довольный тем, что охранники вежливо пригласили Джона следовать за ними, тут же взялся за письмо.
То, что он прочитал, ему не понравилось. Мышьяк в лекарстве. Он вспомнил, как туманно Сесилия Ридли ответила на вопрос, какое снадобье принимал ее муж. Нет, Оуэну все это определенно не нравилось. Неужели он до сих пор ошибался насчет Сесилии? Или среди домочадцев кто-то еще ненавидел хозяина?
Святые небеса, как он мог взяться за это дело? «Миссис Ридли, почему вы травили своего мужа?» Здесь бы действовать Йоханнесу, вот кто был бы на месте.
Оуэн продолжал читать письмо, из которого узнал, что Джаспер исчез, оставив на стройке лишь плащ.
Будь проклят этот Торсби. Оуэн ведь предупреждал его, что мальчику грозит опасность.
— Что не так? — спросила Сесилия."
"Оуэн даже вздрогнул от неожиданности. Он не слышал ни как она спустилась в зал, ни как подошла к нему. На голове у нее был повязан платок, стягивающий волосы, рукава поддернуты до локтей.
— Как ваша дочь сегодня? — осведомился Оуэн.
— Поспокойнее. Она выпила чуть-чуть вина пополам с водой, и я спустилась узнать, что может приготовить для нее Ангарад, наша кухарка.
— Сесилия присела рядом с Оуэном. — Я слышала голоса.
Оуэн кивнул.
— Приехал посыльный из Йорка, привез остальные вещи вашего мужа — скорее всего, тот самый мешок, который, как вы говорили, пропал. Мы взглянем на него позже, сначала займемся Анной.
— Остальные вещи? — нервно переспросила вдова.
— Не о чем беспокоиться, — солгал Оуэн.
— Посыльный прошел на кухню?
— Да. Быть может, мне пойти туда и переговорить с кухаркой насчет бульона для Анны, а вы тем временем выпьете горячего вина?
Сесилия с беспокойством бросила взгляд на заднюю дверь, затем, вздохнув, согласилась:
— Да, мне не помешает глоток чего-нибудь теплого.
Оуэн ушел, унося с собой письмо, но оставил мешок. Когда он вернулся немного погодя вместе со служанкой Сарой, которая несла миску с бульоном, то увидел, что щеки Сесилии пылают. И мешок лежал не так, как он его оставил. Значит, вдова его осматривала.
