Огляделся по сторонам, подбежал к небольшому каменному выступу и положил возле него ружье так, что приклад свешивался, а дуло было направлено в пустоту в двадцати футах перед «фольксвагеном». Затем наклонился и взвел затвор. Все работало безупречно. Превосходное оружие.
– Ружье подготовлено к выстрелу, – сказал он. – Эта точка – восемь часов. Оставайся под выступом, а после выстрела перебегай на семерку. Бежать нужно, пригибаясь к земле. А потом внимательно наблюдай. Возможно, они выстрелят в твою сторону, но я гарантирую, что выстрел будет неточным.
Все понятно?
Она ничего не ответила.
– Я обещаю, что они промахнутся. Тебе не стоит бояться.
– Ты уверен?
– Даже супермен не смог бы сделать точный выстрел из пистолета в такой темноте и на таком расстоянии.
– Но им может повезти.
– Нет, Элис, сегодня везение от них отвернется. Верь мне.
– А когда я должна выстрелить?
– Стреляй, когда будешь готова, – сказал он.
Он смотрел, как Элис прячется за выступом, на расстоянии вытянутой руки от ружья.
– Удачи. Встретимся позднее.
– Замечательно, – снова пробормотала она.
Ричер сел в джип, проехал на другую сторону и остановил машину на четырех часах. Резко развернув руль, он включил заднюю передачу и съехал задом с площадки. Джип с треском провалился на два фута и застрял в кустарнике. Ричер заглушил двигатель и выключил фары. Затем он вытащил четвертый винчестер и прислонил его к правой двери джипа. Прихватив второй и третий винчестеры с собой, он вернулся на площадку и быстро переместился в точку, соответствующую двум часам.
Аккуратно разместив на краю третий винчестер, он подбежал к «фольксвагену», залез внутрь и вывинтил лампу, освещающую салон. Потом на три дюйма приоткрыл дверь и выбрался наружу. Отмерил двадцать футов по часовой стрелке, положил второе ружье на край площадки, где-то посередине между двенадцатью и одним часом. Может быть, двенадцать тридцать. «Нет, пожалуй, двенадцать семнадцать, если уж быть точным», – подумал Ричер.
После этого он прополз по земле и лег лицом вниз, прижавшись правым плечом к борту «фольксвагена». Его щека касалась шины переднего колеса. Ричер глубоко вздохнул. От шины пахло резиной. Левое плечо осталось под открытым небом. Он чувствовал, как на него изредка падают крупные капли дождя. Он переместился немного поглубже. Теперь оставалось только ждать. «Минут восемь, – подумал он. – Может быть, девять».
Прошло одиннадцать минут. Они немного задержались.
