Кармен в полном одиночестве сидела за выкрашенным красной краской столом, держась очень прямо, положив руки на деревянную поверхность и уставившись пустыми глазами в какую-то точку на стене, где абсолютно не на что было смотреть.
– Дважды, – сказала она. – Меня обманули дважды. Сначала был год, потом – ничего. Затем сорок восемь часов, которые превратились в двадцать четыре.
– Вы все еще можете уехать, – сказал Ричер.
– Осталось меньше двадцати четырех часов, – возразила она. – Наверное, не больше шестнадцати.
Я позавтракаю одна, а к ланчу он вернется.
– Шестнадцати часов хватит. За шестнадцать часов вы сможете уехать очень далеко.
– Элли крепко спит, – проговорила она. – Я не могу разбудить ее, засунуть в машину и сбежать, чтобы меня до конца жизни искали копы.
Ричер ничего не сказал.
– Я собираюсь попытаться начать все сначала, – продолжала она. – Я скажу ему, что с меня хватит, что, если он еще раз поднимет на меня руку, я подам на развод. И мне плевать на трудности и на то, сколько времени это все займет.
– Это займет много времени, – сказал Ричер.
– Вы верите в то, что я смогу это сделать? – спросила она.
– Я верю в то, что любой человек может сделать то, что он очень сильно захочет сделать, – ответил Ричер.
– Я очень хочу, – сказала Кармен. – Поверьте мне, я хочу.
Она замолчала. Ричер окинул взглядом комнату, в которой воцарилась тишина.
– Почему все выкрашено в красный цвет? – спросил он.
– Потому что так было дешевле всего, – ответила Кармен. – В пятидесятые годы здесь никто не хотел иметь дело с красным цветом – из-за коммунистов.
Поэтому красная краска стоила в магазине дешевле остальных.
– Я думал, тогда они были богаты. Нефть и все такое.
– Они и были богатыми. И сейчас тоже. Богаче, чем вы можете себе представить. Но еще они невероятно жадные.
Ричер посмотрел на места, где краска пятидесятилетней давности стерлась и проглядывало дерево.
– Похоже на то, – сказал он.
Кармен молча кивнула.
– Последний шанс, – проговорил Ричер. – Мы можем уехать прямо сейчас.
Здесь некому вызывать полицию. К тому времени, когда они вернутся, мы будем в любом месте, где вы только захотите.
– Здесь Бобби, – напомнила она.
– Он не выйдет из конюшни.
– Он услышит машину.
– Мы оторвем телефонные провода.
– Он погонится за нами. За два часа он сможет добраться до шерифа.
– Мы испортим другие машины.
– Бобби услышит, как мы это делаем.
– Я свяжу его. Утоплю в поилке для лошадей.
Кармен с горечью улыбнулась.
