Ублажать мужчину в постели не самая трудная задача, а если ты при этом еще и сама получаешь удовольствие, то вообще все… Как это у вас говорится? Вспомнил, в шоколаде.
— Я все поняла, — поспешно сказала Лия.
Разговаривать на такие темы было неловко. Лия еще не совсем свыклась с мыслью, что на интимные темы здесь принято говорить с мужем, а не с подругой. Вдруг вспомнилось предложение Зарият подружится. Вначале Лия даже ненавидела эту девушку, но теперь она не испытывала такого чувства. Желание подружиться с невесткой уже не казалось каким-то бредом.
«Подумаю об этом завтра», — сказала себе Лия, заходя в спальню.
Элан включил ночник на стене и задернул шторы. На этот раз он не стал отворачиваться, а смотрел на жену горящим взором. Лия стояла у стула, куда обычно складывала одежду, и тоже смотрела на него. В ее глазах читались неловкость и стыд. Руки жены несколько раз поднимались, чтобы расстегнуть пуговицы на вороте платья, а потом падали вдоль тела.
— Может, тебе помочь? — спокойно спросил он, но глаза были как у хищника, выслеживающего добычу.
— А если я откажусь? — тихо спросила Лия, чувствуя, как с каждым ударом сердца нарастает паника.
— Нужно было отказываться от игры. Ты согласилась, приняла условия и не можешь отступить. Это будет нечестно, Лия. Но я всегда готов оказать помощь. Могу раздеть тебя сам, мне не трудно, — снова спокойный тон.
Лия была благодарна ему сейчас — за то, что он говорил это без тени ехидства в голосе. Его лицо вообще ничего не выражало, только глаза выдавали, как он хочет увидеть ее страсть.
Элан был прав, у нее не было полноценного изнасилования, только попытка, поэтому сейчас Лия не жалась в углу с криками: «Помогите!» Каким-то образом за время жизни в семье Забэль она чуточку научилась доверять мужу. В конце концов, за прошедшие дни он множество раз мог взять ее силой, но не сделал этого. Тем не менее, представить, что его руки коснутся обнаженного тела, все еще было страшно.
— Я сама, — заявила она, отвернувшись лицом к стене.
Лия медленно расстегнула пуговицы и стянула с себя платье. Оказалось, все это сделать легче, когда ты не видишь горящего возбужденного взгляда. Осознание того, что на нее смотрят, вызвало неловкость. Девушка поежилась, передергивая плечами, словно замерзла, а потом сняла с плеча лямку бюстгальтера.
— Ты будешь там до утра возиться? — раздался голос за спиной.
Дыхание мужа опалило макушку, и Лия прокляла его способность ходить практически бесшумно.
