Я после института ездил в Европу. Там люди живут проще. Во Франции совершеннолетие наступает в двадцать лет. В России знаю, вообще в восемнадцать. Только я до двадцати пяти вынужден подчиняться отцу. Даже если сбегу из дома, полиция поймает и кинет в ноги отцу, как паршивого пса. Единственный выход получить совершеннолетие раньше — согласиться на свадьбу. Но я не хочу никого, кроме тебя. Я что-нибудь придумаю. Обещаю, что придумаю. Сообщай мне обо всех изменениях в твоей семье немедленно. Я должен быть в курсе, если тебе подберут мужа.
— Обещаю. Мне пора. Увидят меня на улице — и все, мы пропали. В следующий раз расскажи мне, что бывает в первую ночь. Мне не говорят, но ты же все знаешь, — парень молча кивнул, а девушка открыла калитку и убежала.
Саяр вспоминал все это, моясь под душем. Сердце болело от того, что выход в их ситуации так и не нашелся. Зарият подливала масла в огонь. Узнав о первой ночи, она заявила, что перережет себе вены перед свадьбой, но не ляжет в постель с другим. «Это мерзко, Саяр, отдавать девушку в руки незнакомца, чтобы он с ней творил такое.
Будь прокляты наши обычаи. Всевышний, почему ты не позволил мне родиться в другой стране?» — зазвенели в голове парня слова любимой. Девушки на Альхайхоре были покорными. Они жили веками так. Они знали, что так надо и все. Они презирали тех редких бунтарок, что противились воле родителей и договорной свадьбе. Зарият скрывала свою сущность, открывшись только ему. В девушке сидел бунтарский дух, за который ее стали бы презирать. Но Саяру такой она нравилась еще больше.
Он любил ее до беспамятства и готов был, если нужно, умереть за нее.
— Она будет моей или не будет ничьей. Я пойду на все, но она не достанется никому, — зло прошептал он, вытираясь полотенцем.
3"
"Лия сидела в своей комнате и разговаривала с Галей. Чемодан собирать было не нужно. Ведь он всегда был собран и стоял в углу между кроватью и стеной. В школе обычную одежду не носили, поэтому и разбирать его не было смысла. Лиля привозила его с каникул и сразу ставила на место.
Ненавистные полушерстяные платья серого цвета, школьную форму, она выкинула в мусор. А сейчас, переодевшись в джинсы и розовую блузку с коротким рукавом, девушка сидела на кровати и ждала отца.
— Юнэль, собирайся, за тобой отец приехал. Он ждет на улице. Не забывай, ты адресата получения письма из Лондона указала администрацию школы. Позвони, узнай, как обстоят дела. Я уверена, тебя примут в этот университет, — сказала зашедшая заместитель директора.
