- А?!
- Мы все — ее кладка, - со вздохом ответил Тимсаху. - Она так считает.
- И вы позволяете?! Она ж младше вас, тут не спишешь на инстинкты!
- Нет, конечно, только кто бы нас спрашивал. Да и вас тоже.
- А мы при чем?!
- Вы теперь тоже ее кладка. Она и от вас опасность уводила.
- Хватит чушь нести! - зло рявкнул где-то рядом грифон. - Помогите мне разбить эту дрянь и бегом ее к лекарям! Ну, чего встали?!
Я уже отдышался и не мог не признать правоту Кармы. Несмотря на только что перевернувшийся с ног на голову мир, в котором комочек пуха защищает взрослых сильных магов вместо того, чтобы прятаться у них под крылом, соображать я уже мог.
И без разговоров распихал всех в стороны от Адэрин. Все равно они сами не смогут разбить камень, созданный взглядом василиска.
- Уф, дышит. Вроде даже ровно, - поднырнул мне под локоть Тайгри. - Ты, значит, неси в лазарет. А я, так уж и быть, пойду отчитаюсь. Надо первыми все преподам рассказать, чтобы потом слухи все не исказили до неузнаваемости.
Я кивнул и поднял девушку на руки, начисто проигнорировав, что ее уже пытались забрать и крокодилы, и грифон. Гниль им под ноги, это мое. Сам отнесу. Сам поговорю с лекарями, чтобы сделали все возможное и невозможное. Сам оторву ей голову, когда придет в себя! Потому что нечего защищать тех, у кого башка и так железная! Все должно быть наоборот!
Пока я нес ее через академию и свои мысли, вокруг собиралась толпа. Взбудораженные студенты что-то спрашивали, сами себе отвечали, дергали всех Дон Энго по очереди, висли на Карме.
До этого мне не было дела. Но когда навстречу начали попадаться преподаватели, все усложнилось.
- В сквере статуя. Разбитая. Это и был нападавший, - буркнул я на очередной вопрос, заходя наконец в лазарет.
Пока транспортировал курицу, проверил ее здоровье всеми доступными способами. От запаха до магии. Но казалось, комок пуха просто спал.
Жаль, только казалось. Потому что лица у лекарей очень быстро стали слишком испуганными и встревоженными.
Адэрин Дон Энго
Вокруг был огонь. Он пылал и грел, но не обжигал. Только дышать было трудно, словно кто-то сел на грудь и придавил ребра."
"- Просыпайся, птенец! - Один из лепестков огня требовательно потянулся к моему лицу, изогнулся, как хобот неизвестного слона, и дернул за волосы. - Просыпайся! Тебя ждут дома!
- Что за дятел будит меня во время похмелья? - прошептала я, выдыхая жар из легких.
Голова болела нещадно, а тут еще кто-то дергал.
