- А нас с Деем и Тайгри вы, получается, откатили до первобытного состояния? - усмехнулась я. - Скорее уж «промежуточная» тогда.
- Вы приняли свой облик правильно, - после долгой задумчивой паузы сказала бабушка. - Вы были готовы. И все равно внутренне разделяете зверя и человека, не сливаетесь с ним и не позволяете ему командовать. Возможно, это ключевое условие.
- Мамуля тоже стала ящером во взрослом возрасте, - усомнился Матао.
- Да, но ее учил феникс. Внешний зверь. И научил, на мою голову. Тому, что у самого в голове ветер! - снова завелась глава клана водных ящеров.
- И все же не думаю, что надо делать поспешные выводы. Все это требует тщательного изучения и анализа. Благо теперь у нас есть все представители разных… направлений эволюции, разберемся, - покачал головой как всегда разумный Сахлиэ.
- Так и есть, - сказал от двери дед.
- Ты зачем встал?! - тут же всполошилась бабушка. Подскочила, выпуталась из моих рук и поскакала то ли обнимать, то ли ругать мужа: - Тебе велено лежать минимум неделю!
- Да просто хотел сказать вам, что бедный мальчик уже лежит неподвижным ковриком.
Совсем его заиграли маленькие ящерки. А вы тут сидите и мир делите, - проворчал большой петух, послушно повисая на жене. - И все без меня и моего внука. Что вообще за безобразие?
- Точно! Дей! И малыши! - Я мигом забыла мировые проблемы, подхватилась и понеслась.
Мой василиск! Его все замучили! А я даже не поцеловала как следует, когда вернулась!
- Так! - Ворвавшись в зал, где галдели матушка, ее муж, сын, саламандр и задерганный Дейлен, я мгновенно начала распоряжаться: - Ты, ты и ты! Головой отвечаете за малышей!
Иррай, Сполох и Элла (да, у маменьки есть имя, хотя я его почти забыла, да и она сама тоже) заморгали ошарашенно, получив в руки по детенышу.
В человеческом облике. Арни предусмотрительно шарахнулся подальше в угол, где наступил на манула и получил когтистой лапой по жопе. А мой чуть ли не насмерть заезженный василиск даже не кукарекнул, когда я за руку выволокла его из зала и бегом потащила в сторону мужского общежития.
- Куда мы идем-то? Опять высиживать чужие яйца? - обессиленно поинтересовался он только спустя минут пять бега.
- Свои делать, - сердито и одновременно нежно фыркнула я. Глаза Дея полезли на лоб и он судорожно икнул, глянув на меня со смесью восхищения и ужаса. - Но сначала — спать! Совсем замучили, изверги… Так что спать. Вместе. А потом… потом разберемся. Действительно, чего ж мы только чужие высиживаем.
