- Я вот лисиков хочу за ушки потискать… скажи им, чтобы не убегали!
- Чтобы им сказать, их надо сначала поймать. - Я тоже вздохнул и прижался щекой к пушистой макушке.
Волосы у Ады уже немного отросли, пальцев на пять примерно. И вились забавными мягкими кудряшками. Девушка стала похожа на сердитый белый одуванчик.
Я вообще не понимал, в чем проблема у окружающих. На мой взгляд, Ада стала еще милее и трогательнее. Она, конечно, подросла — даже в человеческом облике стала выше. Ну да, слегка угловатее.
И сердиться стала чаще, отчего от нее летели самые настоящие искры. Но злилась она не просто так, а по поводу. Что сложного — не обижать птичку и не шарахаться от нее, как от чудовища? Тогда и искр не будет."
"Но, кажется, куриная сила умиления окончательно сломалась, действуя на всех с диаметральной противоположностью. Все, кто раньше исходил по моей Аде слюнями, сейчас шарахались от девушки как от огня. И это… хорошо. Жаль, на Тина не действует, было бы вообще отлично.
А еще у Ады резко обострился родительский инстинкт. До ужаса обострился. Это… тоже, наверное, хорошо. Если бы мы сейчас не высиживали яйцо какого-то абсолютно левого саламандра, размером чуть ли не с саму Аду. Сначала-то оно было не таким большим. Но с каждым днем словно надувалось.
- Когда оно хоть проклюнется? - с тоскливым смирением спросил я.
- Не знаю. - Адэрин озабоченно завозилась на моих коленях. - Двести лет мерзли, бедные детки. Может, теперь столько же отогревать надо.
- Не дай предки! - ужаснулся я, представив, что мы с моей невестой так и сидим в этом гнезде из одеял до скончания веков.
Да, нам выделили под это дело отдельную комнату в общежитии преподавателей. Да, специально готовят полезную и вкусную еду. Да, заходят те, кто не боится моей новой курочки. Но это же…
- Может, надо что-то еще сделать, чтобы они родились? - Ада задумчиво погладила золотую скорлупу и прислушалась. - Их там точно три, но двое уже вовсю шуршат и попискивают, а третий что-то тихонький.
Мне кажется, он откликается, только когда ты трогаешь скорлупу. Может, мальчик? И хочет, чтобы его тоже мальчик высиживал?
- Самцы в принципе ничего не высиживают! Тем более василиски. Мы только заботимся о комфорте партнерши и приносим еду, - попытался откосить я.
Но мою руку уже поймали за запястье и бесцеремонно ткнули ладонью в яйцо.
- Гладь, - велела девчонка.
