Вскользь задело, настройки навыка не сочли это угрозой, на которую надо срабатывать.
Покосился в направлении угрозы. Там выстроились под сотню пехотинцев. Щитами прикрылись, копьями ощетинились, дротик за дротиком швыряют. Кто из них такой опасный умелец, не понять, к тому же обстрел вот-вот затихнет. Остатки той группы аристократов и их телохранителей, через которых я успешно прорвался, убив при этом младшего переговорщика, успели развернуться и вновь устремились за мной. Кратчайший путь ко мне пролегал как раз мимо строя, и через несколько секунд они перекроют своим солдатам видимость.
Упорные.
Нестабильный щит Хаоса всё ещё работал, и, пользуясь этим, я активировал откатившийся Гнев грозовых небес. Большая часть стрел, болтов, дротиков и камней сейчас пролетает мимо, а тем, что попадут, придётся пробиваться через Игнорирование, щит Воздуха и непростые трофейные доспехи. Так как продержаться надо всего ничего, есть надежда, что концентрацию сбить не успеют.
Так и получилось. Молнии ударили по пехотному строю и накрыли часть конного отряда, удачно подоспевшего к месту.
Кони, испуганные грохотом и вспышками, рванули кто куда, унося всадников, пехота сильно пострадала, солдаты, не попавшие под раздачу, начали разбегаться. И я, пребывая посреди вражеского войска, внезапно остался сам по себе.
Никто моей персоной не интересовался."
"Пользуясь неожиданным «личным затишьем», покрутил головой, в первую очередь выясняя, как там дела у Камая. Вроде всё неплохо. Той тройки уже не видать нигде, все прочие лезть к моим людям не торопятся.
Лишь со стороны реки надвигается пехотный строй, но приближается он неспешно, и прежде чем доберётся, столкнётся с нашей пехотой. Та наступает бодро, надеюсь, сразу назад не побежит.
Ведь на другом фланге не побежала. Схлестнулась с не успевшей прийти в себя и перестроиться вражеской пехотой. Там орут тысячи голосов, звенит сталь, изредка применяются низовые магические навыки. Непонятно, кто кого давит, больше похоже на равновесие.
Наши части в центре запаздывают, им приходится перебираться через центр поражённой Жизнью зоны, а это замедляет.
Но они вот-вот выберутся из пыльного провала, развернутся, ударят, помогая сражающемуся флангу. И тогда чаша весов может склониться в нашу сторону.
И я помчался туда.
Помогать ей склоняться.
Я метался по тылам вражеского строя, выбивая офицеров и самых опасных на вид рядовых. Я по откату разряжал Гнев грозовых небес, каждым ударом уничтожая десятки солдат и пугая всех оставшихся.
