— Ого! — ухмыльнулся Кошшок и тихо добавил: — Десница, я бы на твоём месте не доверял такому приглашению. Непонятно, что у этого хрена народного на уме. Да и сколько там того ума? Он, мне кажется, полностью сбрендил. Если всё же сильно хочешь к нему сходить, возьми меня и других верных людей.
— И меня не забудьте, — резко оживился Гнусис. — Мне их дворец всегда нравился. Не скажу, что красивый, но всяких материальных ценностей много.
— Если десница позволит, непременно возьму, — ухмыльнулся Кошшок.
— Очень хочется посмотреть на реакцию толстого хрыча, когда он увидит своего старого знакомого.
Глава 12
И снова темные дела
— Хаос! Десница, хватит уже кормить этого сморчка трактирной жрачкой. Клетка неподъёмная, раньше куда легче была.
— Но-но! Я строен и прекрасен, неси молча и гордись своей ношей.
Клетка немаленькая и на вид действительно тяжёлая. Я не уверен, что при всех своих параметрах смогу её удерживать на вытянутой руке. Нет, вес потяну и не такой, это не проблема, просто габариты неудобные.
Разве что над головой поднять, но в таком случае она упрётся в свод подземелья.
Один из солдат остановился, поднёс факел к стене, осмотрел какие-то едва заметные знаки:
— Господин десница, я помню это место.
— И я помню, — прогудел полковой рэг. — Если дальше идти прямо, наткнёмся на первые сливные желоба. Там очень грязно и воняет так, что глаза режет.
— Болваны никчемные, не надо до желобов спускаться, я же вам говорил, скоро поворот будет, — заявил Гнусис.
Кошшок жестоко встряхнул клетку:
— Проявляй уважение, или я тобой всерьёз займусь. Не помню там никаких поворотов.
— Извиняюсь за эмоциональное высказывание, случайно вырвалось. А поворот там есть, не сомневайтесь. Но только без меня вы его никогда не найдёте. А ну стоять! Ну вот, я же говорил! Поворот.
— Выбирай: тебе лапу поломать, или как-то по-другому огорчить? — предложил Кошшок, оглядываясь. — Трутень говорливый, где ты видишь здесь поворот?"
"— Слышь, горилла агрессивная, у тебя братья есть? Хотя да, есть, помню, ты же хвастался многодетной семейкой дегенератов.
Вот твоим братцам весь ум и достался, а тебе только сила и размеры. Будь добр, протяни свою волосатую пятерню и коснись вон того пятна заплесневелого. Да протяни, не бойся, плесень тебя не укусит. Побрезгует.
Кошшок снова встряхнул клетку, оборвав хамское словоблудие гоблина. Но руку всё же протянул.
И ладонь скрылась в стене.
