Но, слава богу, все обошлось. Все же Лена не того склада ума, чтобы вредить мальчику. Просто ей хотелось о ком-то заботиться. — Артем взял паузу. — Помнишь тот вечер, когда я приехал поздно с ужина в Москве? Я встречался с ее лечащим врачом. Поэтому и сказал, что это личное, не хотел рассказывать о том инциденте. Боялся твоей реакции.
Да уж! Правильно боялся, потому что я бы с ума сошла от волнения.
Даже сейчас мои руки тряслись, хотя прямая угроза миновала. И все же я была вынуждена взять себя под контроль, волноваться в моем положении совершенно нельзя.
Я медленно досчитала до десяти и выдохнула.
С моим сыном все хорошо, и это самое главное.
— Ты уверен, что твоя жена больше не попытается увезти Максима? — спросила тихо спустя какое-то время.
— Да.
— Где она? Ты… отправил ее в клинику для душевнобольных? — У меня мурашки побежали по коже от собственного вопроса.
— Нет, Кристина, — Артем устало вздохнул и снова взял виски в руки. Задумчиво посмотрел внутрь бокала, покачал ножку меж пальцев, сделал глоток, после чего наконец ответил: — Она — не плохой человек.
Не сумасшедшая. Но я ее надломил.
Он посмотрел на меня, и стало совсем не по себе. В глазах Артема плескалась грусть, а еще — огромное чувство вины.
— Расскажи, — попросила я. И сразу поспешила добавить: — Если это не в рамках того самого, личного.
Он снова уставился в свой бокал.
На этот раз пауза была дольше, чем прежде, и я уже решила перевести тему, когда Артем заговорил:"
"— Мы поженились совсем молодыми.
Лена — красотка, умница, спортсменка. Я не говорю “была”, потому что она такой и осталась, даже спустя все эти годы. За ней многие ухаживали, добивались внимания. В том числе и Игнат Мирный. Теперь он ее лечит.
Артем криво улыбнулся.
— Знал бы я…
— О чем? — подбодрила я.
— О том, что не смогу стать достойным мужем. О том, что не смогу дать ей ту малость, которую она попросит. Лена искренне меня любила, делала все для моего спокойствия и комфорта, а я пахал днем и ночью, аргументируя это тем, что хочу обеспечить нас обоих.
Но по факту мне просто нравилось работать, расти над собой, развиваться, побеждать. А что было с ней — стало безразлично. Не сразу, но на неком этапе… Я просто забыл, что любил ее, и все. Не знаю, как это объяснить. А она продолжала оставаться рядом.
— Пока не ушла, — вспомнила я. — Что-то ее подстегнуло.
— Много чего. — Артем допил залпом, отставил бокал и повернулся ко мне.