Позволишь ли служить тебе в меру твоих способностей, пока он не будет восстановлен?
– Ты служишь Библиотекарю, – сказал я.
– Похоже на то."
"– Такая же, как ты, вовлекла меня в эту историю. Ты здесь, чтобы служить мне или Библиотекарю?
– Ты разочарован своим нынешним положением?
Вопрос застал меня врасплох. Я оглядел командный центр. Люди неловко приспосабливались к своей нательной броне. Райзер стал гораздо выше, чем прежде; он неуверенно передвигался на длинных ногах, внезапно оказавшись вровень с Чакасом.
Дидакт внимательно изучал след системы в фотонном царстве сияния, чтобы найти новые свидетельства случившегося здесь.
– У меня голова кругом, – сказал я анцилле. – Мне не нравится, когда мной манипулируют и удерживают против воли, даже если это делается для компенсации моей глупости.
– Ты себя чувствуешь глупым? – спросил голос.
Подошел Чакас.
– У меня тоже женщина в одежде, – сказал он, иронически скосив рот. – Говорит, будет мне помогать. Она голубая. А где она вообще?
– Женщина существует только в твоей броне и твоей голове… а информацию, видимо, получает от корабля.
– А могу я с ней спать? Жениться на ней? – спросил Чакас.
– Мне будет любопытно посмотреть, как это у тебя получится.
Мой ответ не слишком воодушевил его.
– А какая помощь мне нужна? – спросил он.
К нам подошел Райзер. Теперь он чувствовал себя куда увереннее, мел взглядом по сторонам, словно видел что-то, доступное только ему.
– Не зудит. Все очень ловко, но я не могу видеть мою семью – только эту голубую женщину.
Она похожа на чамануша, но она не из моей семьи.
Мне показалось занятным, что анцилла приняла физическую форму того вида, к которому принадлежал Райзер.
Чакас посмотрел на меня:
– Хамануши живут с предками в голове. Чамануши – нет.
– Она будет отвечать на ваши вопросы, – сказал я. – Если придумаете, что спросить.
– Может быть, она чей-то предок, – кивнул Райзер и закрыл глаза.
Дидакт оторвался от своих исследований и подошел к нам.
– У них глупый вид, – сказал он, имея в виду людей.
– У тебя… Что случилось?
– Моя анцилла запрограммирована Библиотекарем.
– И моя тоже, – сказал Дидакт. – Мы здесь по просьбе Библиотекаря, для выполнения миссии, начатой тысячу лет назад. И пока все идет не слишком хорошо.
– Я не чувствую, что волен задавать вопросы, которые мне нужно задать, или изучать то, что мне нужно изучить, – сказал я.
– Конечно, ты не волен, если подразумеваешь свободу действовать как эгоистичный манипуляр.
