Он не был ничем обязан Предтечам и уж тем более Дидакту.
И я, как это ни странно, беспокоился за него.
– Прежде эта планета была пересадочным узлом Предвозвестников, – сказал Дидакт. – Когда-то здесь стояли громадные сооружения. Сильнейшее впечатление производили.
Я услышал об этом месте впервые и посмотрел вниз, готовый ахнуть от изумления. Был некий смысл в том, что более высокие формы скрывали истинное сокровище.
Голос Дидакта зазвучал глуше:
– Теперь все иначе.
– Как? – не выдержал я.
Мы прошли по командному центру мимо людей.
Дидакт ступал впереди. Мой взгляд скользил по сотням увеличенных изображений, собранных при нашем первом заходе по орбите.
– Нет орбитальных арок. Похоже, упали на поверхность. Посмотри на эти длинные линейные следы. Все корродировано. Я почти ничего не узнаю – ни арены, ни хайвея, ни арсенала гигантов. Да практически ничего.
– Это невозможно, – возразил я. – Артефакты Предвозвестников вечны. Они с нами, чтобы всегда напоминать о нашем ничтожестве.
– Судя по всему, это не так, – сказал Дидакт.
Потом хлопнул в ладоши – мощные оглушительные удары плоти и нательной брони – и поднял руку. Командный центр подчинился и начал рыскать по небу в широком спектре, передавая на экраны увеличенное изображение всего, что смог обнаружить. – Ты изучал базовые принципы технологии Предвозвестников? Ту малость, что нам известна? – спросил Дидакт.
– Ту малость, о которой мы думаем, что она нам известна. Никто никогда не видел технологии Предвозвестников в действии.
– Я видел. – Дидакт скосил на меня темные прищуренные глаза. – Один раз. Расскажи, что изменилось в наших представлениях за тысячу лет… и я решу, можешь ли ты быть мне полезен.
– Базовый принцип назывался нейрофизикой, – сказал я. – Предвозвестники чувствовали, что Мантия покрывает всю вселенную – энергию, материю и живых существ… Вселенная живет, но не так, как мы.
– Удалось ли разгадать их технологии, обрести их знания, пока я был в ссылке?
– Нет. Именно поэтому я и ищу Органон.
– Органона не существует, – сказал Дидакт. – Как такового.
Еще одно разочарование.
– Пожалуй, я догадывался об этом, – сказал я. – Но поиск доставляет радость.
– Да. Всегда так было. Поиск, борьба. Но никогда – находка и победа.
Я удивленно посмотрел на Дидакта.
Сканеры корабля обнаружили в небе тепло и другие сигнатуры, временные задержки в структуре космических излучений из внутренней галактики и внешних пределов спирального рукава.
